Политика

Исповедь конгрессмена

admin
Всего просмотров:

Среднее время на прочтение: 6 минут, 48 секунд

Я — член Конгресса. Я не скажу вам, откуда я или из какой партии. Но я несу свою службу, несу ее с честью. Несу ее бок о бок хорошими, и не очень, людьми, и мы стараемся делать всё, что в наших силах.

Это достаточно неблагодарная работа, освобождающая от иллюзий. Люди нас, в основном, ненавидят. По результатам социологических опросов к нам относятся хуже, чем к Ричарду Никсону во время Уотергейтского скандала, дорожным пробкам и канадской рок-группе Nickelback. Общество знает, что с нами что-то не так, но не до конца понимает, что именно. И порой то, что по мнению людей способствует совершенствованию Конгресса — например, поездки в родные штаты по выходным, на самом деле усугубляет ситуацию.

1. Конгрессмены не разрывают связей со своими родными округами

Конгресс — лишь подработка в Вашингтоне. Спустя час после финального голосования почти все члены Конгресса уже находятся в самолетах на пути домой. За год в Конгрессе происходит менее ста голосований, и все свободное от работы в столице время мы проводим у себя дома, выполняя, в основном, краткосрочные задачи, не определяющие будущее нации на годы вперед. Конкурент, проводящий больше времени с народом твоего округа, непременно тебя обойдет. Членов Конгресса не оторвать от зон их ответственности.

2. Убедительнее всего в Конгрессе звучат деньги

Выгоднее просить деньги у богатых, чем у обычных граждан. Выборные кампании настолько дорогие, что члену конгресса для одной компании в среднем необходим миллион долларов раз в два года. И даже в случае победы, 50%-75% своего срока он проводит в офисе в поисках новых денег. Просто задумайтесь об этом. Вы платите нам деньги, чтобы мы выполняли свою работу, а наши сроки, которое вы нам покупаете, мы тратим на поиски щедрых спонсоров среди миллионеров и корпораций, чтобы те смогли оплатить нам рекламу, убеждающую вас в том, чтобы вы и дальше платили нам за эту работу. И, так как Высший Суд признал, что деньги важнее права голоса, а корпорации важнее людей, у сверхбогатых граждан появились бесплатные рупоры для выражения собственных интересов. Их громкий голос заглушает отчаянный шепот простых американцев.

3. Практически все в Конгрессе симпатизируют джерримендерингу

(Джерримендеринг — произвольная демаркация избирательных округов с целью искусственного изменения соотношения политических сил в них и, как следствие, на всей территории проведения выборов. Джерримендеринг нарушает равенство избирательных прав граждан, реже применяется для сглаживания неравенства в административном делении страны. — прим. перевод.)

Многие конгрессмены пришли к власти только благодаря «изогнутым округам» (вследствие джерримендеринга округа могут принимать самые разные формы — прим. переводчика). По данным Cook Political Report, около 90 мест из 435 в Палате представителей — это «неопределенные» места, за которые в ходе выборов разворачивается основная борьба между республиканцами и демократами. Обе партии такое положение вещей устраивает. Поэтому на сегодняшний момент не избиратели выбирают нас, а мы выбираем избирателей. Единственная угроза, с которой сталкиваются многие парламентарии, заключается в праймериз (предварительные выборы — прим. переводчика), во время которых кто-то еще более ловкий может получить голос даже за счет небольшой, но более лояльной группы сторонников.

4. Тайного голосования больше не существует

Джерремендеринг возможен только в том случае, если политические партии знают, как люди будут голосовать. Обе партии плевали на конфиденциальность решения, принятого вами у урны для голосования. Имея перед глазами списки избирателей, мы не в состоянии узнать наверняка, за кого вы проголосовали, но можем очень близко подобраться к ответу на этот вопрос. Мы точно знаем, в каких выборах и праймериз вы приняли участие, а так как реальных кандидатов на голосованиях обычно очень мало, мы также можем с высокой вероятностью определить, за кого именно вы проголосовали. Складывая эти данные со вашими журнальными подписками, с маркой вашей машины и любой другой легко добываемой информацией, которой мы можем воспользоваться, чтобы обозначить ваши политические предпочтения, мы приступаем к джерримендерингу, так как теперь можем работать не только на определенные административно-территориальные единицы, но и на конкретные дома и даже семейные пары. Республиканцы воюют за голоса мужчин, демократы — женщин.

5. Конгресс, по сути, превратился в парламент

В течение последних десятилетий лояльность партии стала, фактически, означать единодушие по всем вопросам. Если член партии не голосует вместе с ее большинством 99% времени, то его объявляют неблагонадежным и исключают из блока партии, способного влиять на принятие решений. Дни, когда каждый голосовал своим умом за свой округ, исполняя истинное предназначение члена Конгресса, канули в лету. Теперь мы имеем парламент, исключающий возможность его членов принимать реальное участие в процессе. Нечего удивляться тому, что из поступающих законопроектов законами становится очень небольшая часть.

6. Работа комитетов в Конгрессе — пустая трата времени

Вся власть сосредоточена в руках лидеров партий. Все инициативы исходят от спикера или лидера меньшинства, а не от комитетов. Так зачем же тратить время на организацию специальных исследований от имени комитета, если последнее слово все равно окажется за лидером партии? Зачем пытаться попасть в какой-либо из комитетов, когда ты уже уступил власть невыбираемой и безотчетной верхушке партии? В итоге члены комитетов просто не показываются на слушаниях, а если и посещают их, то почти сразу уходят, задав лишь несколько вопросов. Некоторые члены Конгресса борются за членство в комитете, которое впоследствии сможет предоставить им возможность собрать больше денег для выборной кампании или получить работу лоббиста (подробнее об этом ниже). Как результат — информированное принятие решений, ради которого создаются комитеты, уничтожено.

7. Конгресс — перевалочный пункт на пути к лоббизму

Конгресс больше не является конечным пунктом назначения. Работа в комитетах стала своеобразным собеседованием для многих конгрессменов, желающих занять место лоббиста на K Street. Тебя будут считать простаком, если ты не пытаешься подлизаться к состоятельным корпорациям. Ежедневно я наблюдаю, как очередной конгрессмен оставляет свое кресло в пользу более привлекательной вакансии лоббиста. Особые интересы лишают Конгресс самых ценных кадров.

8. Лучшие люди не баллотируются в Конгресс

Умные люди уже давно поняли эту истину, поэтому предпочитают членству в Конгрессе создание карьеры. Мысль о жизни в аквариуме с непрекращающимися тридцатисекундными рекламными роликами делает Конгресс омерзительным в глазах супругов и семей. Осознание того, что эта работа заставит вас провести половину жизни в вымаливании денег у богатых людей, которых вы даже не знаете, не дает благоразумному и уважающему себя человеку прийти сюда. Всё это, а также зарплата, которая уступает в размерах даже окладу выпускника адвокатской академии без опыта работы, демонстрирует, что Конгресс, как и другие федеральные агентства, является далеко не самым лучшим и достойным местом работы.

9. Конгресс необходим для спасения Америки; пессимизм ему не поможет

Опускать руки — для слабаков. Мы не станем переписывать Конституцию, поэтому нам придется заставить действующую систему работать. Несмотря на наши недостатки, мы являемся самым успешным экспериментом организации органов управления в истории. Мы обладаем способностью быстро приходить в форму после пережитых ошибок — те, что мы совершаем сегодня, не станут исключением. Не тоскуйте по прошлому: Конгресс никогда не был лучше фабрики по производству сосисок. И смысл не в том, чтобы стать чем-то, чем мы и не были никогда. Смысл в том, чтобы фабрика снова заработала и делала сосиски. Но для того, чтобы это случилось, людям необходимо откликнуться и начать требовать лучшего.

Оригинал: Vox
Перевел: Timur Kremer для Newочём
Редактировал: Евгений Урываев