Россия

Как Путин может потерять власть

admin
Всего просмотров: 462

Среднее время на прочтение: 5 минут, 41 секунда

Спустя более, чем десятилетие после того как Владимир Путин пришел к власти, для президента настал год, который может стать для него самым трудным и непредсказуемым. Экономика его страны рушится под давлением обрушившихся цен на нефть; санкции, введенные США и Европой, наносят удар по его окружению и самым развитым институтам. Его армия оккупирует Крым, а перспективы решения проблемы на Юго-Востоке Украины вследствие худо-бедно установленного перемирия кажутся маловероятными. Убийство оппозиционера Бориса Немцова, произошедшее в двух шагах от Кремля, породило мощные волнения, опозорившие режим и спровоцировало массовые марши скорби по всей стране.

Режим Путина оставался устойчивым с 2000 года, когда он впервые занял пост. Несмотря на это, грядет момент, когда стабильность его власти окажется под вопросом.

В январе я поговорила о правлении Путина с Марком Галеотти, профессором Центра глобальных проблем при Нью-Йоркском университете, который изучал политику России несколько последних десятилетий. По его мнению, реальным вопросом для Путина является лояльность ключевых групп, за счет которых он и держится у власти, а также то, что может побудить их свергнуть президента. Он также пояснил, почему считает 2016 год возможным началом падения режима Владимира Путина.

Недавно я связалась с ним повторно, чтобы удостовериться, что его взгляды не поменялись после мистического «исчезновения» президента в начале месяца. Он ответил отрицательно, рассказав, что этот эпизод говорит нам о состоянии российской политики.

Аманда Тауб: Вы ранее описывали режим российского президента как «устойчивый, но хрупкий», имея в виду, что на данный момент он стабилен, но может сильно пострадать от сильных экономических потрясений и других кризисов. Какой кризис представляет опасность для Путина?

Марк Галеотти: Такие кризисы всегда случаются неожиданно, поэтому предсказывать не берусь.

Допустим, что кризисным станет неразрешимый коллапс банковской системы, или дело будет в угрозе жизням многих людей. Жизнь забрасывает каждую из политических систем в подобные передряги, которые проверяют режим на прочность. Я опасаюсь, что они [представители российской власти] уничтожают политический, социальный и экономический капиталы, на которых и строится система.

АТ: Как подобный кризис повлиял бы на падение Путина? Как бы это происходило?

МГ: Все бы началось с раскола элит, которые в какой-то момент сочли бы, что он не работает на их интересы и — даже более — представляет опасность.

Можно провести параллель с отстранением Хрущева в советское время. Ко власти его привели элиты, которые доверили ему свои интересы, но в один момент он перестал быть предсказуемым. Он ввязался в Карибский кризис и принял целый ряд не взвешенных решений, оказавших влияние на советскую экономику.

Элиты решили, что эта фигура их не устраивает — ему пришлось уйти. Они просто сказали Хрущеву: «Ты уйдешь, сославшись на проблемы со здоровьем». А он ничего не мог с этим поделать.

«2016 год станет решающим»

Я думаю, Путин уйдет при схожих обстоятельствах. Его судьбу решат не избиратели, а мужчины в строгих костюмах, которые однажды зайдут в его кабинет и скажут: «Владимир Владимирович, пришло время вам оказать последнюю услугу народу — уйти».

Или он будет сидеть на даче, а потом внезапно услышит по телевидению, что покинул свой пост вследствие проблем со здоровьем. Потом возьмет трубку, сделает звонок и узнает, что эти люди больше не намерены выполнять его приказы.

АТ: Вы считаете, это будет спровоцировано каким-то конкретным событием?

МГ: К «точке невозврата» приводят самые разные события.

Одной из причин отставки Хрущева стали массовые волнения в Новочеркасске. Захолустье, ничем не примечательное место. Власти сообщили о повышении цен на продовольствие и в этот же день сократили зарплаты работников на большой местной фабрике, где работало большинство людей в населенном пункте. Для усмирения толпы были высланы войска, но некоторые офицеры отказались открывать огонь по протестующим. Тогда пришлось звать спецслужбы, которые без каких-либо колебаний устроили резню.

О том, что там произошло, не знал никто, кроме элит. И они подумали: «Новочеркасск — самый обычный город. Если такое произошло там, то может произойти где угодно». Когда элиты чувствуют угрозу, они мобилизуются, чтобы подобные случайные события не привести к началу серьезного кризиса.

АТ: Могло ли это стать причиной того, как живо обсуждалось мистическое «исчезновение» Путина несколько недель назад?

МГ: Обстоятельства десятидневного исчезновения Путина заставляют нас обратить внимание на связь между здоровьем Путина и здоровьем его персонального режима.

Когда он исчез, мы стали выдумывать самые разные истории, от «дворцовых» переворотов до рождения ребенка. Мы все еще не знаем, в чем была причина, хотя я подозреваю, что имели место проблемы со здоровьем. Мы и ранее видели свидетельства тому, как Путину важно не давать слабину перед россиянами, оставаться в своем облике «мачо» — как по политическим причинам, так и вследствие его тщеславной натуры.

Так или иначе, факт того, что Запад и россияне, находящиеся в курсе дела, были встревожены и даже президентский аппарат не был уверен насчет своих последующих шагов, заставляет нас осознать, что если с Путиным что-то случится, режим окажется в беде — будет неясно, что нужно делать дальше.

АТ: Может ли подобный кризис произойти в ближайшие годы?

МГ: Я думаю, решающим окажется 2016 год.

Для экономики России тяжелыми будут как минимум еще два года. К концу этого инфляция может составить 11%, а дальше — только хуже. Через какое-то время это дойдет до населения, которое внезапно осознает, как много всего больше не может себе позволить. Итак, первая причина: к этому времени накалится экономическая ситуация.

Вторая причина заключается в выборах в Государственную думу, которые состоятся в 2016 году. Очевидно, результаты будут подтасованы Кремлем, так что прокремлевские партии возьмут своё — вопрос не в этом. Так или иначе, у элит будут на руках реальные результаты голосования. И если поддержка Путина упадет, то у них появится объективный повод для беспокойств.

«От состояния „Я верю в то, что Путин послан нам свыше“ они перешли к „Пока что он служит моим интересам“»

А в 2018 состоятся президентские выборы. И если им будет необходимо представить нового кандидата, то понадобится два года, чтобы найти его и сочинить вокруг него миф, чтобы он одержал победу.

Кто знает, что произойдет в итоге? Но если бы мне пришлось давать свой прогноз того, когда все эти признаки выстроятся в ряд, то я бы сказал, что 2016 год будет очень интересным для российской политики.

АТ: Потерял ли Путин какие-то группы избирателей?

МГ: В основном интеллектуальную элиту. Но давайте говорить серьезно: революции устраивают не поэты.

Но из бесед с военными или из аппарата, которых я отношу к крылу поддержки Путина, я вынес для себя одно интересное изменение.

Еще несколько лет назад они были убежденными путинистами. Это основывалось на эмоциях. Они верили, что этот парень спас Россию. Сейчас же, как мне кажется, они перешли к прагматике. Они чувствуют, что их интересы учитываются.

Выразить в короткой формуле это можно так: от состояния «Я верю в то, что Путин послан нам свыше» они перешли к «Пока что он служит моим интересам». Собственно, этого Путин и лишился — сердец избирателей, к которым можно апеллировать.

АТ: Насколько значимо продемократическое движение в России, достигшее своего расцвета в последние годы?

МГ: Оно важно, но не настолько значимо, чтобы свергнуть Путина. Это важно в том смысле, что демонстрирует желание людей протестовать, создает веру в альтернативу.

Также важно обратить внимание на то, кто протестует. Это в основном московский средний класс, представляющий незначительную часть населения. Но их значимость непропорционально растет, учитывая, что эти люди — это дети представителей власти или те, кто учится или учился с их детьми в университете.

В этом заключается одна из причин того, почему полиция не оказывала на демонстрантов серьезного давления. Если полицейский пробьет череп демонстранту, может оказаться так, что этот демонстрант — сын соседа полицейского. Мы говорим об очень узком социальном пространстве.

Если у Навального получится сделать что-то более широкое, он будет представлять опасность

АТ: А как насчет Алексея Навального? Представляет ли он опасность для Путина?

МГ: Пока что Навальный не выбил Путина из его зоны комфорта. Он поднялся на протестном движении и сумел обратиться напрямую к москвичам среднего класса, сформировать электорат в мегаполисе. Указывать на ошибки других ему удается лучше, чем строить занудную политическую машину.

Но это не значит, что ничего не изменится. Если у Навального получится сделать что-то более широкое, то он будет представлять опасность.

Помимо антикоррупционной деятельности, у Навального в рукаве есть еще один козырь, который, я надеюсь, он не разыграет: уличный национализм.

Путин — националист, но это «государственный» национализм, это про всю Российскую Федерацию. Путин постоянно работает с неэтническими русскими, они даже состоят в правительстве. Так что шовинизм он использовать не сможет.

Но Навальный уже не раз делал расистские заявления. И козырь «нас, русских, эксплуатируют выходцы из Северного Кавказа и Центральной Азии» он вполне может разыграть.

Эта идея находит отклик в поразительном количестве россиян, при этом Путину нечего ей противопоставить. На ней Навальный смог бы в короткие сроки собрать вокруг себя электорат.

Оригинал: Vox
Перевел: Timur Kremer для Newочём