Психология

Психолог о «музыкальности» людей

admin
Всего просмотров: 277

Среднее время на прочтение: 8 минут, 52 секунды

Как и ИИ или эмоциональное восприятие (умение понимать собственные эмоции и эмоции других людей и способность использовать эту информацию для достижения наилучших результатов — прим.Newочём), музыкальная развитость как психометрическое понятие ставит своей целью объективно оценить навык, одаренность, или черту характера. В частности, музыкальная развитость относится к музыкальным навыкам, искусности, и достижениям, а также к музыкальной сметливости и пониманию. Таким образом, это многогранное понятие, охватывающее различные формы взаимодействия с музыкой, и отдельные индивиды могут различаться в уровне своей музыкальной развитости в каждой из этих граней. Например, некоторые люди могут очень хорошо различать разницу нот разной частоты (высота тона), но у этих же люди могут быть слабые или ограниченные творческие способности к музыке.

История исследования

Первые попытки дать определение «музыкальности», общему термину, который используют, чтобы определить музыкальные талант и восприимчивость, были сделаны в ХIХ веке в Германии (Михаэлис) и Австрии (Теодор Бильрот). В начале ХХ века Карл Сишор в Соединенных Штатах представил более научный подход, который фокусировался на объективном измерении музыкальных способностей, как, например, умения различать тоны и ритмы. С тех пор было разработано множество тестов, большинство из них следуют подходу Сишора. И хотя эти проверки музыкальных способностей дали толчок основным разработкам в исследовании музыкальной одаренности и в настоящее время широко используются, они не особенно пригодны для оценки более широких аспектов музыкальности — творческого таланта и понимания, помимо прочих.

Термин «музыкальная развитость» был впервые употреблен в 2006 году Джой Оллен, исследователем в то время работавшей в Университете Штата Огайо. Оллен пыталась разработать метод для оценки общей музыкальности (а не только музыкальных способностей), но понимала, что неверно попросту использовать количество лет музыкального образования для определения музыкальности, так как люди без всякого обучения могут демонстрировать высокий уровень музыкальной одаренности. Поэтому в попытке решить эту проблему она разработала «Индекс Музыкальной Развитости». Свою концепцию музыкальной развитости Оллен основала на работе Сьюзен Хэллэм, профессора из Университетского Колледжа Лондона, которая предположила, что оценка музыкальных способностей должна выходить за пределы базовых навыков вроде восприятия тона или ритма, и включать в себя способность воспринимать и ориентироваться в музыке, как и способность сочинять и импровизировать. Однако одним из недостатков Индекса Музыкальной Развитости является то, что он полагается на оценку музыковеда и, следовательно, становится менее подходящим для людей без какого-либо музыкального образования, а также в какой-то мере субъективным и сложным для применения в широком ключе.

Проверка на музыкальность

Однако эти тесты имеют обыкновение игнорировать другие грани музыкальности, такие как музыкальная креативность, понимание, способность эмоционально реагировать на музыку,и так далее. Вопросник Оллен, а также недавно созданный Индекс Музыкальной Развитости Голдсмита, или Голд-ИМР, были разработаны с целью решения этой проблемы (Одним из преимуществ Голд-ИМР является то, что он комбинирует объективную оценку музыкальной одаренности и анкету самоотчета, дающую критическую оценку остальным граням музыкальности). Другие опросники фокусируются на конкретных аспектах, как, например, Анкета Музыкальной Заинтересованности, или Барселонская Анкета Значимости Музыки, которая оценивает величину наслаждения, получаемого людьми от вовлеченности в занятия музыкального рода.

Тест Голд-ИМР

Приблизительно в 2010 году команда исследователей в Голдсмитском колледже (Лондон, Соединенное Королевство), состоящая из Лорен Стюарт, Джейсона Мьюсил, и меня самого, решила разработать анкету самоотчета для оценки музыкальной развитости и совместить ее с небольшим арсеналом тестов музыкальных способностей. Это и стало тестом Голд-ИМР, который теперь широко используется исследователями в области восприятия музыки. Мы также рады продуктивному сотрудничеству с BBC Lab UK, которые адаптировали Голд-ИМР для своего онлайн-теста «Насколько вы музыкальны?», который прошли 140 000 человек. Это дало нам неимоверно широкую выборку, с которой можно было сравнивать ответы респондентов, что позволило нам получить более точные показатели для разных групп населения. Тест Голд-ИМР был переведен на немецкий язык, эта версия одобрена, а другие версии анкеты доступны на других языках.

До появления Голд-ИМР я использовал количество лет музыкального обучения чтобы быстро получить приблизительно точную оценку уровня музыкальной развитости людей, но сейчас я считаю, что более верно просить людей заполнить опросник, вроде анкеты Голд-ИМР. В идеале мы бы хотели, чтобы участники как заполняли опросник, так и выполняли небольшой арсенал тестов по музыкальной одаренности, но временные ограничения зачастую не дают нам этого сделать. Если мы приглашаем участника в лабораторию на одночасовой эксперимент, мы не хотим тратить 25 минут на оценку его музыкальной развитости, разве что это чрезвычайно важно для вопроса исследования. Для большинства целей заполнения анкеты достаточно. Конечно, если исследование сконцентрировано вокруг способностей восприятия, включающих, например, различение тонов, тогда имеет смысл также получить релевантные показатели участников из проверки музыкальной одаренности.

Биологические факторы музыкальности

Начнем с того, что уже только исторические данные подтверждают, что некоторые аспекты музыкальности, видимо, в большой степени определяются наследственностью. Взять хотя бы семью Бахов, в нескольких поколениях которой насчитывается более 50 известных музыкантов и композиторов. Если мы посмотрим на научные доказательства, можно взять исследования близнецов, в которые входят сравнения степеней сходства однояйцевых близнецов с разнояйцевыми близнецами по определенному физическому или психологическому признаку, с целью оценить относительное влияние генетических и внешних факторов.

Одно из первых исследований по музыкальной одаренности было проведено Дэннисом Дрэйна с коллегами, которые в 2001 году установили, что способность распознавать неверные ноты в мелодии (что связано со способностью различать интервалы тонов) наследуется в 70%-80% случаев, что означает: по крайней мере 70% отклонений от нормы определяются наследственными факторами. Последние исследования показали схожие результаты, хотя по-видимому наследственность сильнее влияет на восприятие тонов, чем на восприятие ритмов.

Возможно это не удивит вас, но существует позитивная корреляция между одаренностью и уровнем IQ: в ходе недавнего исследования Мириам Мосинг и ее коллег обнаружилось, что в выборке 10 000 шведских близнецов общие для музыкальной одаренности и ума наследственные влияния объясняли 32%-49% отклонения от нормы в результатах, полученных в Шведском Тесте Музыкальной Разборчивости. Более того, команда Мосинг выяснила, что наш набор генов также влияет на мотивацию практиковать игру на музыкальном инструменте; время, потраченное на практику, наследуется в 40%-70%.

Другие исследователи пытались идентифицировать определенные гены, связанные с музыкальностью, но пока результаты не являются убедительными и их сложно повторить, хотя и существует некоторые данные, что гены, играющие роль в развитии нервной системы, и, в некоторых случаях, слухового прохода, могут быть связаны с музыкальной одаренностью.

Исследования Эдвина Гордона (автора Портрета Музыкальной Одаренности) и других показывают, что базовая музыкальная сметливость, вроде различения тона и ритма, видимо, закладываются в 10-летнем возрасте, что означает следующее: хотя последующее обучение музыке может улучшить музыкальные знания и развитость, они уже не имеют большого влияния на навыки восприятия. Опять же, это подтверждает теорию, что наша музыкальность в большой степени зависит от наследственных факторов. Вместе с тем важно разделять музыкальную одаренность и музыкальный профессионализм, который мы можем наблюдать на примере профессиональных исполнителей. Понятно, что никто не достигает высококлассного уровня исполнения без интенсивной практики; Эрикссон и его коллеги показали, что тысячи часов практики необходимы для того, чтобы стать музыкантом мирового класса. Но, как упоминалось выше, мотивация для такой практики сама по себе находится под влиянием генетики…

Музыка и эмоции

Хотя некоторые ученые все еще спорят о том, вызывает ли в нас музыка эмоции (они утверждают, что мы лишь «узнаем» эмоции, которые она выражает), накапливающиеся факты говорят о том, что музыка действительно навевает на слушателя определенные мысли и чувства. Существует несколько механизмов, благодаря которым мы можем ощутить те самые музыкальные эмоции. Некоторые из них не зависят от каких-либо звуковых или музыкальных особенностей произведения. Например, когда музыка вызывает определенные ассоциации в памяти (так, песня, игравшая при первой встрече будущей пары, может стать «их песней»). Эмоции также могут быть заразительны, и на слушателя в таком случае влияют жесты и мимика людей вокруг, и даже музыкантов, их реакция. Но есть те механизмы, «запускающие» эмоции, которые связаны с особенностями музыкального инструмента. Это включает в себя такие базовые акустические свойства, как интенсивность звука (громкость) и темп (скорость), ведь громкую и/или быструю музыку мы воспринимаем, как более волнующую, чем музыку медленную и/или нежную. У музыки есть и культурно обусловленные свойства, например, в западной музыке мажорные тональности зачастую ассоциируются с радостью, тогда как минорные, напротив, — с грустью.

Как мы можем заметить, механизмы, отвечающие за эмоции, вызываемые музыкой, довольно запутанны и зависят от конкретного человека, его культурного багажа, а еще от его собственных ассоциаций и воспоминаний, связанных с произведением. В целом, уровень психической активности предсказать легче, так как на него в основном влияют базовые, биологически обусловленные факторы: громкий звук может означать опасность, или, по крайней мере, то, что пора бы делать ноги. Так что неудивительно, что подобный звук может активировать нашу симпатическую нервную систему (отвечающую за ту самую реакцию «бей или беги»), что мы затем воспринимаем как рост возбуждения. Это можно объяснить тем, что подобная реакция рефлекторна и меньше всего зависит от самого человека, ее может вызвать определенный тип звуков, в том числе громкая и быстрая музыка. С другой стороны, исключая такие широко распространенные ассоциации, как радость и счастье, удовольствие предсказать сложнее, возможно, потому, что оно в большей степени зависит от индивидуальных и культурных особенностей.

Нарушения музыкального восприятия

Врожденная амузия, наиболее известная как музыкальная глухота, — неизменное в течении всей жизни состояние, которое наблюдается у около 3% популяции. Оно характеризуется неполноценным восприятием высоты тона, что влияет на способность не только угадывать неверные ноты в мелодии, но и определять тонкие речевые интонации (например, в тоновых языках) и зачастую проявляет себя в виде трудностей с тем, чтобы узнать знакомую мелодию или подпевать в тон. Способность воспринимать и воспроизводить ритм остается, за исключением редких случаев, нетронутой. У врожденной амузии есть биологическое основание. Исследователи обнаружили отклонения от нормы в правой слуховой зоне и нижней зоне лобной доли коры головного мозга, но причины подобного нейроонтогенетического расстройства до сих пор не ясны. Люди, страдающие от этого недуга, ничем не отличаются от других, разве что многие из них не получают удовольствия от музыки.

Недавно обнаружили еще одну особенность. Используя Барселонскую Анкету Значимости Музыки, Мас-Херреро вместе с коллегами узнал о маленьком проценте людей, которым музыка не нравится вообще, несмотря на то, что они не находятся в депрессии, наслаждаются другими занятиями, которые активируют систему вознаграждения, и они не страдают от проблем с восприятием. Это состояние было названо музыкальной ангедонией, в соответствии с тем, что люди, ею страдающие, не получают никакого удовольствия от музыки.

2:25 Louis ArmstrongHello Dolly

Новейшие исследования

На сегодняшний день два крупнейших направления исследований в данной сфере — во-первых, генетическая обусловленность музыкальности и, во-вторых, связь между музыкальной развитостью и определенными чертами характера. Причин их расцвета две. Первая — недавнее развитие онлайн-тестов по определению музыкальных способностей, которые можно пройти дома меньше, чем за 20 минут. Это предоставило ученым намного бо́льшую выборку, чем раньше, что невероятно важно как для генетических, так и для крупных персональных исследований. Вторая причина относится к генетике, и это — прогресс в технологиях генотипирования и секвенирования, который позволяет проводить все исследования с относительно небольшими затратами.

Что касается вопроса о связи черт характера и музыкальной развитости, несколько ученых выяснили, что из числа личностных параметров так называемой «Большой пятерки», Открытость опыту положительно влияет на показатели музыкальной одаренности, что было подтверждено как отзывами самих опрашиваемых, так и показателями тестов. Не так давно Гринберг заявил, что только эстетическая сторона этого личностного параметра связана с музыкальной развитостью. Они также выяснили, что собственные черты характера, которые описывали опрашиваемые, указывают на их предпочтение определенных музыкальных качеств, таких как степень психологического тонуса и удовольствие, получаемое от музыкального произведения.

За последние несколько лет, я работал над развитием использования пуппилометрии (измерения размера зрачка) в сфере исследования музыкальных эмоций. Мы выяснили, что степень расширения зрачка — хороший способ предсказывать дальнейшее психологическое возбуждение человека, вызванное музыкой.

Что интересно, мы также обнаружили связь между степенью расширения зрачков и отзывами о важности музыки в жизни людей, принимавших участие в опросе, что показывает зависимость между психофизиологическими реакциями и заинтересованностью в музыке. Этот вывод относится сразу к нескольким темам, которые описывались в этой статье, таким как музыкальная развитость, музыкальная ангедония и биологическая составляющая музыкальности. Сейчас я углубляюсь в исследование этого феномена, пытаясь ответить на вопрос, как связано расширение зрачка с различными музыкальными свойствами или явлениями.

Я также недавно начал работать с Марселем Центнером, автором «Характеристики музыкальной восприимчивости», чтобы попытаться создать более краткую версию этого теста, а также чтобы захватить более широкие аспекты понимания музыки. В то же время я продолжаю изучать биологическое объяснение музыкальности в большем масштабе, включая, к примеру, поиск возможных «предшественников» музыки («прото-музыкальное поведение») среди некоторых видов животных.

Текущие проблемы и будущие перспективы

Главной проблемой остается разработка способа беспристрастной оценки музыкальной развитости. Несмотря на то, что за последние годы ученые добились значительных успехов, многое еще предстоит сделать. К примеру, большинство тестов все еще основывается на западных стилистических нормах. В идеале, мы должны стремиться к тому, чтобы способы определения музыкальной развитости были максимально культурно нейтральными, наподобие современных IQ-тестов.

Вторая проблема — то, что тесты на музыкальные способности обычно придерживаются так называемого «атомистического подхода», сокращая музыку до серии отдельных компонентов, таких как тон, ритм или тембр. Хотя такой подход и является удобным с практической точки зрения и уже доказал свою состоятельность, конечные критерии имеют мало чего общего с музыкой. Было бы неплохо придумать тест, исследующий способности, который был бы ближе к реальной музыкальности. И все же, очень трудно сделать так, чтобы тесты оставались короткими, объективными и нейтральными с точки зрения культуры и одновременно стали более «музыкальными», так что в этой области тоже предстоит много работать.

Смотря на общую картину, можно ожидать, что следующие разработки будут в сфере генетического и биологического обоснования музыкальности. Эта область бурно расцвела в последнее десятилетие и, если судить по последним докладам, мы лишь в нескольких годах от того, чтобы определить генетические характеристики, отвечающие за определенные музыкальные способности, такие как способность воспринимать тон или ритм. При этом масштабные исследования, в которых принимают участие тысячи людей, в последнее время становятся все более и более распространенными, что дает возможность связать отдельные стороны музыкальной развитости с определенными чертами характера, а также разобраться, насколько важно «природное» и «приобретенное» в музыкальных способностях.

Автор: Бруно Гинграс, Доцент факультета психологии, Инсбрукский университет, Австрия.
Оригинал: Serious Science.

Перевели: Наташа Очкова и Юрий Гаевский.
Редактировал: Артём Слободчиков.