ИГИЛ Политика

Кровь на улицах Пальмиры

admin
Всего просмотров: 43

Среднее время на прочтение: 5 минут, 7 секунд

Мы наслышаны об угрозах памятникам, но что насчет человеческих судеб? В близлежащем Хайяне, над залежами нефти и газа в сирийской пустыне, Роберт Фиск выслушивает тех немногих, кому удалось спастись от захватчиков ИГ.

The streets of Palmyra after Isis swept through the city

Когда двадцатого мая облаченные в черное боевики Исламского государства проникли в пригороды Пальмиры, половина работников нефтегазоперерабатывающих заводов Асада Сулеймана — всего 50 человек — отрабатывали 12-часовую смену на нефтяном месторождении Хайян в 28 милях от города. Им повезло. Пятьдесят их выходных коллег спали в своих домах рядом с древним римским городом. Двадцать пять из них вскоре будут в числе четырехсот гражданских — включая женщин и детей, — которые погибнут в ближайшие часы от рук исламистских ополченцев. Каждый сириец теперь называет их собственной аббревиатурой «Даэш».

Нефтяной инженер «Ахмед» — он выбрал это имя, чтобы защитить свою семью в Пальмире — по счастливой случайности завершал курс обучения в Университете Дамаска в тот роковой день, когда пала Пальмира.

«Я был потрясен. Я попытался позвонить своей семье. Дозвониться было еще возможно. Они сказали, что Даэш (также известные как ИГ) никому не позволяли выходить из дома. Мой брат позже вышел на улицу. Он сфотографировал тела. Они все были обезглавлены, все мужчины»

Palmyra2_1.jpg

«Он смог отправить мне фотографии из Ракки (город под контролем ИГ) через Интернет — единственный тип связи, который там работает».

Некоторые фотографии слишком ужасны, чтобы их публиковать. На них головы лежат в нескольких метрах от тел, кровь течет ручьями по улицам. На одной из них тело лежит посреди дороги, а мимо него на велосипеде проезжают двое мужчин. После захвата Пальмиры людей убивали так быстро, что на фото еще видны вывески магазинов с двумя звездами и красно-бело-черным флагом сирийского правительства

«Даэш заставляли людей оставлять тела на улице три дня», — продолжает Ахмед. «Им не разрешали подобрать тела или похоронить их. Трупы были по всему городу. Моя семья мне сказала, что к нам в дом пришли двое Даэш, оба иностранцы — один будто бы афганец, другой из Туниса или Марокко, потому что у него был очень сильный акцент — и потом они ушли. Они убили трех медсестер. Одну убили в ее доме, другую в доме ее дяди, третью — на улице. Наверное, это за то, что они помогали армии. Некоторые говорили, что их обезглавили, но мой брат сказал, что им выстрелили в голову».

Пытаясь в панике сбежать из Пальмиры, другие умирали, от взрывов мин, установленных на дорогах бойцами-исламистами. Один из погибших был отставным сирийским генералом из семьи аль-Даас, чья сорокалетняя жена-фармацевт и двенадцатилетний сын были убиты вместе с ним, как только колеса их машины коснулись взрывчатки. В более поздних докладах с места событий говорилось о казнях в старинном римском театре посреди руин Пальмиры.

Директор Хайянского нефтегазоперерабатывающего завода Асад Сулейман сокрушенно качал головой, с трудом веря в произошедшее, когда вспоминал, как до него дошли сведения о казнях среди его отдыхавших сотрудников. Он предполагает, что некоторых из них заключили в газовых месторождениях под контролем ИГ. Других просто вывели из домов и убили, потому что они работали на сирийское государство. За несколько месяцев до падения Пальмиры Сулейман стал получать телефонные звонки от исламистов. Один из них звонил, когда боевики осаждали соседний газовый завод.

«Они позвонили мне сюда, в офис, и сказали: «Мы придем за тобой». Я им сказал: «Буду ждать». Армия отбила их наступление, но мои сотрудники тоже получали такие звонки и были очень напуганы. Армия тогда защитила три наших месторождения и вынудила их отступить». С момента падения Пальмиры телефонные угрозы продолжились, хотя Даэш оборвали всю мобильную и проводную связь в захваченном городе.

Palmyra3_1.jpg

Другой молодой инженер находился в Пальмире, когда появилось ИГ. Он так боялся когда говорил с нами, что не захотел даже брать себе никакого имени.

«Я возвращался в Пальмиру за два дня до этого, и все выглядело спокойно. Когда семья мне сказала, что они пришли, я остался дома, и моя мама, сестры, брат — все остались, и мы не выходили. Все знали, что если приходят эти люди, дела плохи. Электричество пропало на два дня, потом бойцы его вернули. У нас было много еды — наша семья не бедствовала. Мы там оставались неделю, нам нужно было разобраться со всем, и наш дом так и не обыскали»

Показания этого человека подтверждают, насколько беспорядочно правление ИГ. Спустя неделю после оккупации семья выбралась из дома — женщины были в полном мусульманском облачении — и поймали автобус, идущий в оккупированную Ракку, а оттуда в Дамаск. «Они посмотрели мои документы, но не спросили, кем я работаю. На автобусе мы проехали спокойно. Никто не преграждал нам путь». Как и Ахмед, этот молодой нефтяник — мусульманин-суннит, то есть единоверец последователей «Даэш», но у него нет никаких иллюзий насчет сущности занявших Пальмиру боевиков.

«Где бы они ни появлялись, жизни там больше не будет»

Сирийские залежи нефти и газа тянутся на сотню миль через пустыню от Хомса в центре страны до стратегических нефтяных месторождений в жаркой пустыне возле Пальмиры. Путь в 28 миль от Пальмиры занял 2 часа. Последние сирийские войска стоят на 8 миль ближе к городу.

К западу отсюда находится крупная сирийская авиабаза Тияс с кодовым названием «Т-4», по номеру старой четвертой перекачивающей станции палестино-иракского нефтепровода. Я видел, как серые истребители-бомбардировщики МиГ с двукилевым хвостовым оперением поднимаются там в закатное небо и возвращаются на полосы. Базу защищает покров тарелок-радаров и бетонных бункеров. По обеим сторонам главной дороги к Пальмире в рядах земляных крепостей можно увидеть сирийских солдат, защищающих свои редуты тяжелыми пулеметами, дальнобойной артиллерией и ракетами.

palmyra-5.jpg

Сирийские войска патрулируют шоссе на грузовиках каждые несколько минут и не скрывают свои приготовления. Они указали местонахождение импровизированного взрывного устройства, найденного несколькими часами ранее — более чем в тридцати милях к западу от Пальмиры. Дальше вдоль дороги лежали обломки грузовика со взрывчаткой, подбитого сирийскими ракетами. Асад Сулейман, директор газового завода, заявляет, что отец назвал его в честь отца нынешнего президента Башара аль-Асада — Хафеза. Он рассказал, как повстанцы-исламисты до основания уничтожили газовый завод возле Хайяна в прошлом году, и как его работники полностью восстановили его до рабочего состояния с помощью оборудования, взятого с других заводов. Производительность его завода была восстановлена до уровня трех миллионов кубометров газа в день для электростанций Сирии и шести тысяч баррелей нефти для перерабатывающего завода в Хомсе.

palmyra.jpg

Но единственный человек, осознающий все военные риски — генерал Фуад. Как и все в окрестностях Пальмиры, он предпочитает не называть свою фамилию. Генерал Фуад — кадровый офицер, одержавший свою крупнейшую победу над повстанцами в близлежащих горах в тот момент, когда его сын-солдат погиб в битве за Хомс. Он не скрывает, что был «весьма шокирован» падением Пальмиры. Он думает, что солдаты уже долго обороняли город и не ожидали массированной атаки. Другие военные говорят, что ИГ наступало по линии фронта в 50 миль длиной, превосходя на тот момент числом силы Сирии.

«Дальше они не пройдут», — говорит генерал Фуад. «Мы отбились, когда они в прошлом году атаковали три месторождения. Наши солдаты взяли штурмом несколько их местных штабов на горе Шаэр. Мы нашли там документы об их заводах, нашли религиозную такфиристскую литературу. И женское белье»

Так зачем же, бога ради, ИГ было нужно белье? Генерал даже не улыбнулся в ответ на мой вопрос. «Мы думаем, что они могли захватить женщин-езидок, тех, что похитили в Ираке. Когда наши солдаты достигли их штаба, мы увидели, как несколько их начальников убегали с женщинами».

Но у генерала, как и почти у всех остальных сирийских офицеров, которых я встретил в своей поездке в пустыню, да и у гражданских тоже, была кое-какая мысль. Если американцы так хотят уничтожить ИГ, разве они не знали благодаря своим спутникам, что тысячи боевиков собрались вместе перед нападением на Пальмиру? Во всяком случае, сирийцам они об этом не сказали. И их не бомбили, хотя мишеней у ВВС США в дни перед захватом Пальмиры должно было быть достаточно, даже если Вашингтон и не особо жалует режим Асада. На этот вопрос еще предстоит найти ответ.

Автор: Роберт Фиск, корреспондент Independent, специализирующийся на Ближнем Востоке. Получил множество журналистских премий.
Оригинал: Independent

Перевел: Кирилл Козловский для Newочём