Политика

Катар: маленькая страна в Заливе, которая поссорилась с соседями

admin
Всего просмотров: 346

Среднее время на прочтение: 4 минуты, 54 секунды


Эмир Катара, шейх Хама́д бин Хали́фа Аль Та́ни, на саммите Лиги арабских государств (ЛАГ) 29 марта 2017 года

Разрыв дипломатических отношений между Катаром и пятью государствами региона — Бахрейном, Египтом, Саудовской Аравией, Объединенными Арабскими Эмиратами (ОАЭ), а также международно признанным правительством Йемена в изгнании — вызвал долгожданный спор о характерном для этой страны подходе к региональным делам.

В последний раз Бахрейн, Саудовская Аравия и ОАЭ разрывали связь с Катаром в 2014 году, с выводом своих послов из страны в течение девяти месяцев. Но текущий конфликт зашел существенно дальше. Прежде всего, были введены экономические санкции — и учитывая, что Катар имеет единственную сухопутную границу с Саудовской Аравией, любой сбой потока товаров и движения людей по воздуху, земле или морю может привести к скорым экономическим нарушениям и вызвать социальные и политические волнения.

Пока остается неясным, что происходит в Саудовской Аравии и Эмиратах, напряжение между Катаром и соседскими странами имеет более глубокие корни и берет начало в Арабской весне 2011 года и последующей громкой поддержке Катаром исламистских перемен в Северной Африке и Сирии. Фактически почти каждый «кризис» в Совете по сотрудничеству стран Персидского залива (ССЗ) за последние четверть века каким-то образом затрагивал Катар. Вероятно, терпение лидеров стран Персидского залива относительно порой диссидентской региональной политики Дохи пришло к концу.

Катар простирается на севере Персидского залива и соседствует с Саудовской Аравией. В середине девятнадцатого века династия Аль Тани стали местной политической элитой. В 1868 году они достигли соглашения с Великобританией, имеющей тогда полную власть над Персидским заливом, которая признала их лидерство над полуостровом. До появления Аль Тани частями полуострова Катар управляла династия Аль Халифа, нынешние правители Бахрейна. Хотя эта династия управляла Бахрейном с 1783 года, они были ограничены территориальным спором с Катаром над островами Хавар, на которые претендовали обе страны, пока вопрос не был урегулирован Международным Судом в 2001 году. В 1986 году Бахрейн и Катар были на грани конфликта из-за островов, и только в 1997 году страны установили полноценные дипломатические отношения — через 26 лет после того, как стали суверенными государствами.

В результате перестрелки на саудовско-катарской границе в сентябре 1992 года погибли три человека. Это событие подняло давнишнюю проблему обозначения единственной сухопутной границы Катара. И хотя в 1965 году обе страны подписали соглашение о демаркации, оно так и не стало как следует ратифицировано и было отменено Катаром после пограничного столкновения. Катар и Саудовская Аравия поддерживали разные стороны в ходе непродолжительной гражданской войны 1994 года в Йемене. Также Катар категорически возражал против предложенного назначения саудовца в качестве генерального секретаря ССЗ в 1995 году. Делегация Катара покинула заключительную сессию Ежегодного саммита ССЗ в декабре 1995 года и заявила о своем намерении игнорировать все будущие встречи, на которых будет присутствовать генеральный секретарь; по данным некоторых источников, страна даже рассматривала вопрос об отмене своего членства в ССЗ.

По большому счету, напряженность, существующая в отношениях между Катаром и его соседями с 2011 года, возникла из-за политики их эмира, шейха Хамада бен Халифы Аль Тани, после того, как он захватил власть у своего отца в бескровном дворцовом перевороте в июне 1995 года. Вместе с министром иностранных дел, шейхом Хамадом бин Джассим Аль Тани, эмир Хамад способствовал росту значимости Катара на мировой арене в 1990-х и 2000-х годах: он ускорил развитие добычи и обработки сжиженного природного газа и заключил долгосрочные энергетические соглашения с промышленно развитыми и развивающимися странами мира.

Однако царствование эмира Хамада не приветствовалось в столицах соседних стран Персидского залива. Саудовская Аравия принимала участие в попытке предотвратить переворот в феврале 1996 года, направленный на переизбрание шейха Халифа. После второй попытки контрпереворота в 2005 году, которую, по мнению Катара, спровоцировали саудиты, правительство Катара лишило около 5000 членов племени Бану Тамим (чья племенная территория исторически занимала саудовско-катарскую границу) гражданства в качестве возмездия за участие некоторых его членов в переворотах.

Основной заботой руководства Катара после 1995 года стало стремление к автономной региональной политике, направленной на вывод страны из тени Саудовской Аравии. Поддержка Катара региональными исламистами, не только «Братьями-мусульманами» и базирующейся в Дохе «Аль-Джазирой», стала платформой для группировок, критикующих региональные государства, что периодически провоцировало сильные трения. Саудовская Аравия отозвала своего посла из Дохи в 2002 году в ответ на разглашение «Аль-Джазирой» внутренних дел в королевстве. Для решения проблемы потребовалось пять лет. Напряжение снова усилилось из-за поддержки Катаром исламистских движений до, во время и после Арабской весны, потому что Катар и ОАЭ преследовали диаметрально противоположную политику в отношении «Братьев-мусульман». Египет и Ливия стали местом сражения для региональных влияний, поскольку Доха и Абу-Даби поддерживали разные стороны.

На момент передачи власти эмиром Хамадом его 33-летнему сыну эмиру Тамиму в июне 2013 года, в Эр-Рияде и Абу-Даби возлагали большие надежды на то, что новый молодой эмир изменит подход Катара к региональным делам. Однако в ноябре 2013 года, после пяти месяцев правления Тамима, лидеры Саудовской Аравии и Эмиратов обратились в СМИ США с сообщением, гласящим, что члены «Братьев-мусульман» перегруппировались в Дохе после свержения президента Египта Мохамеда Морси и установления военной диктатуры. Эмира Тамима вызвал в Эр-Рияд король Саудовской Аравии Абдалла и поставил ультиматум: «изменить методы Катара и привести страну в соответствие с остальной частью ССЗ в отношении региональных проблем». Тамиму также было предложено подписать дополнительное охранное соглашение, предусматривающее «невмешательство» во «внутренние дела любой из других стран ССЗ» и подписать обязательство о соблюдении.

Кризис наступил в марте 2014 года, когда Саудовская Аравия и ОАЭ решили, что Катар не полностью выполнял обязательства соглашения, подписанного Тамимом. Вместе с Бахрейном они отозвали своих послов из Дохи. Для ОАЭ, чье руководство расправилось с «Братьями-мусульманами», особой причиной стала новость, что несколько членов из аль-Ислаха, филиала «Братьев» в ОАЭ, были укрыты в Дохе после бегства из Эмиратов в 2012 году. Месяцы ненависти сопровождались периодическими попытками провести переговоры, организованные Кувейтом, эмир которого, шейх Сабах, как сообщается, имеет тесные отношения с эмиром Тамимом. Но переговоры закончились в ноябре 2014 года после серии уступок со стороны Катара. Они включали перебазирование «Братьев-мусульман» из Дохи в Турцию, приказ диссидентам из Эмиратов покинуть Катар, закрытие египетского отделения «Аль-Джазиры» и обеспечение соблюдения Пакта внутренней безопасности ССЗ, а также тесное сотрудничество с партнерами из ССЗ по вопросам разведки и правопорядка.

Таким образом, нынешний кризис развивался в течение многих лет. В этот раз, возможно, он был вызван сложностями при обмене заключенными, организованным Катаром в апреле, чтобы освободить 26 членов катарской охотничьей партии, включая многих членов правящей семьи, захваченных в Ираке в декабре 2015 года. Эта группа удерживалась «Хезболлой», шиитскими повстанцами, связанными с Ираном, и Катар, как сообщается, провел переговоры с Ираном, «Хезболлой» и сирийской повстанческой группировкой «Джабхат ан-Нусра» ради их освобождения.

Утверждения, что Катар, вероятно, заплатил примерно $500 млн за обмен заключенными, вызвали гнев в региональных столицах, включая Багдад, где иракский премьер-министр Хайдер аль-Абади заявил, что сделка была заключена без участия и одобрения правительства Ирака. Хотя точные детали соглашения остаются неясными, новость о том, что такая крупная сумма была выплачена насильственным негосударственным объединениям в Ираке, подозреваемым в потворстве Ирану, не оставила сомнений у стран Персидского залива — Катар близок к группировкам, угрожающим региональной стабильности и безопасности.

Хотя действия, предпринятые до сих пор, не являются прямыми военными действиями, Катар и его обвинители зажаты в тиски, продолжая балансировать на грани войны. И все же надежда на то, что официальные представители Саудовской Аравии и Эмиратов могут заинтересовать сторонников Трампа, будет осложнена значительным интересом США в области обороны, безопасности и энергетики в Катаре, которые очень трудно развить или воспроизвести в другом месте. Несмотря на это, внезапный всплеск региональной напряженности представляет административную проблему, не поддающуюся легкому разрешению, и обращает внимание на визит президента США Дональда Трампа в Персидский залив две недели назад.

Автор: Кристиан Коатс Ульрихсен.
Оригинал: The Atlantic

Перевела: Юлия Литовченко.
Редактировали: Настя Железнякова, Кирилл Казаков и Евгений Урываев.