Общество

Вы бы приняли ЛСД, чтобы повысить свою продуктивность?

admin
Всего просмотров: 7931

Среднее время на прочтение: 15 минут, 28 секунд

Работники принимают маленькие дозы ЛСД, чтобы стать умнее, счастливее и увеличить продуктивность. Изображение: Нико Хессельман

В Ричмонде, сонном пригороде Сан-Франциско, сейчас пятница, 7 утра, солнечно. Соседи по дому суетливо заходят и выходят из кухни, в то время как Лили (вымышленное имя), рекламный агент нескольких стартапов, садится с чашкой чая и достает пакетик, размером с кредитную карточку, полный волшебных грибов.

28-летняя девушка отделяет шляпки от ножек и кладет их в гриндер (специальный аппарат для измельчения трав — прим. Newoчём). Затем она раскладывает крошечные доли получившегося порошка по пустым лекарственным капсулам. Закончив, она отправляет одну из капсул в рот и запивает чаем. Теперь она готова к началу рабочего дня.

«Это помогает мне быть креативнее и оставаться сосредоточенной. Так я с легкостью справляюсь со стрессом и способна сохранять трезвость ума в том виде, в котором мне это никогда не было доступно» — объясняет она.

Лили — одна из многих молодых специалистов в Сан-Франциско и пригороде, которые практикуют «микродозинг»: они принимают маленькие дозы галлюциногенных веществ — обычно ЛСД или псилоцибиновых грибов — каждые несколько дней, в надежде улучшить производительность на работе. При приеме в маленьких количествах, скажем, одной десятой нормальной дозы, люди не испытывают изменяющего сознание «трипа» — наоборот, они сообщают об улучшении концентрации и способности решать задачи, а также снижении тревожности.

Сторонники «микродозинга», с которыми разговаривали журналисты из WIRED — среди них были инженеры-программисты, биологи и математики — говорят, что он вызывает «состояние потока», помогает нестандартно мыслить и способствует более чутким межличностным отношениям.

Доктор Джеймс Фадиман утверждает, что Альберт Хофманн, ученый, синтезировавший диэтиламид d-лизергиновой кислоты (полное название ЛСД) в 1938 году, и первым в мире испытавший психоделические действия ЛСД в 1943 году, принимал микродозы ЛСД последние пару десятков лет своей жизни (он умер в 2008 году). Отец психоделиков, который дожил до 102 лет, считал, что микродозы ЛСД прояснили его сознание.

Фадиман, который занимается исследованием галлюциногенов с 1960-х и является автором книги «Руководство психоделического исследователя: безопасное, терапевтическое и Священное путешествие», признает, что людьми определенного типа, работающими в Кремниевой долине, которые принимают микродозы ЛСД, движет примерно та же сила, которая заставляет здоровых людей принимать предписанные по рецепту лекарства от синдрома дефицита внимания вроде Риталина или Аддеролла, чтобы получить преимущество перед коллегами:

«В итоге вы получаете все преимущества Аддеролла без каких-либо побочных эффектов. Ваше физическое и умственное состояние улучшается. Вас значительно меньше раздражает тот самый офисный мудак, вы даже способны его терпеть, и вы даже начинаете сочувствовать недостаткам других. Вы чувствуете, что день проходит вообще-то очень даже хорошо»

Лили, Сан-Франциско, 21 мая 2016 года. Фото: Спенсер Лоуэлл

Клинических испытаний эффектов приема микродоз проводилось мало, поэтому значительная часть доказательств — отдельные единичные случаи. Однако, выдающиеся исследователи в области психоделиков не удивлены настолько впечатляющими отчетами. Директор центра нейропсихофармакологии в Имперском колледже Лондона Дэвид Натт провел революционные исследования мозга под ЛСД и галлюциногенными грибами.

«Эти наркотики изменяют функции коры головного мозга, делают их более плавными и менее механистичными. По-крайней мере, большие дозы влияют именно так — это то, что показывают наши лучевые исследования — и, возможно, маленькие тоже, только в меньшей степени. Это может способствовать тому, что некоторые зоны мозга будут работать более гибко и экспансивно, что в теории приведет к лучшим результатам в деятельности» — считает Натт.

Это мнение разделяет Дэвид Николс, профессор фармакологии в Университете Пердью, штат Индиана, и эксперт по психоделикам. Он считает «весьма вероятным», что низкие дозы ЛСД могут оказывать стимулирующее воздействие путем активации дофаминовых путей в мозге. Так же, как Аддеролл или Риталин, малые дозы ЛСД могут возбуждать кору головного мозга, которая отвечает за когнитивные функции высокого порядка, такие как сознание или зрительное восприятие.

В исследовании 2015 года ученые Норвежского университета естесственных и технических наук в Торнхейме выяснили, что более чем 30 миллионов человек, на данный момент проживающих в США, принимали психоделические наркотики, такие как ЛСД, псилоцибин или мескалин. Но составители опросов о наркотиках обычно не заботятся о дозировках принятых веществ, что не дает возможности точно определить пропорцию людей, которые принимали микродозы, и тех, кто принимал большие дозы с полноценными изменяющими сознания трипами.

По данным Европейского центра мониторинга наркотиков и наркозависимости, в Европе почти 5,4% людей в возрасте от 15 до 34 лет пробовали ЛСД, и почти 2,2% пробовали галлюциногенные грибы в прошлом году, хотя они, как правило, не включены в обычные опросы населения.

Количество подписчиков reddit-форума, посвященного опыту принятия наркотиков, выросло с 1600 человек в начале 2015 года до 7500 по состоянию на середину 2016 года. Количество google-запросов термина «микродозинг» выросло примерно на такой же процент. Несмотря на то, что WIRED не удалось найти законченного клинического исследования, изучающего исключительно влияние микродоз, Фадиман проводил собственное исследования, собирая отчеты о единичных приемах от волонтеров, которые самостоятельно принимали наркотики.

Фадиман дает советы о том, как часто принимать дозы, и взамен просит их вести журнал наблюдений. Он начал собирать эти отчеты в 2010 году, следуя совету своего друга Альберта Хофманна, который описал опыт приема микродоз как совсем неизведанную область применения психоделиков.

К настоящему моменту Фадиман получил отчеты от 125 человек, и еще 80 на подходе. В дополнение к этому каждый месяц он получает множество запросов о помощи от тех, кто хочет попробовать это безопасным путем.

«Это уже не преходящее увлечение. Это признанный, другой, более безопасный способ получить преимущества психоделиков без „психоделического эффекта“», — утверждает Фадиман. В таких малых дозах психоделики должны восприниматься как антидепрессанты или усилители когнитивных функций. «Только если вы принимаете их достаточно часто.

Многие из тех, кто обращался к нему за советом, используют подобные эксперименты с психоделиками как лекарство от долгой депрессии или тревоги, после разочаровывающего опыта приема предписанных лекарств, или из-за их побочных эффектов. Но, по словам Фадимана, также растет количество тех, кто интересуется психоделиками для получения преимущества. «Люди сообщают об усилении способности к распознанию закономерностей. Они способны одновременно следить за большим количеством деталей проблемы, которую пытаются решить».

Агрессивная культура стартапов в Области залива Сан-Франциско вынуждает многих ее адептов воспринимать свои тело и мозг как механизмы, которые следует улучшить всеми доступными способами. Медитация, йога, Сойлент, краткосрочные голодовки и так называемые «умные наркотики» (включая применение без рецепта врача лекарств, выписываемых при СДВГ и нарколепсии), микродозы галлюциногенов и легальные ноотропы — все идет в ход.

«Здесь, в Кремниевой долине люди добиваются успехов в карьере с помощью креативности и интеллектуального потенциала», — говорит Джофф Ву, генеральный директор Nootrobox, компании, производящей легальные пищевые добавки, обещающие стимулировать умственные способности.

«Я не вижу особенной разницы между профессионалами из разных сфер, будь то финансовая сфера, отрасль высоких технологий или профессиональный спорт. Небольшое преимущество над конкурентами создает и рушит команды, товары и бизнес»

Это не является примером уникального менталитета жителей Долины, добавил Ву: «Теперь привлекательны продуктивность и ум, и скоро все в мире начнут использовать ноотропы в том или ином виде».

Запуская работу мозга: ЛСД влияет на выработку серотонина, дофамина и работу адренорецепторов. Механизм этот не ясен, но в результате проведенного в 2016 году исследования, одним из участников которого стал нейробиолог Энцо Тальяцукки, было установлено, что фМРТ употребляющих ЛСД людей показывало усиление мозговой активности, включая обработку зрительной информации, что, возможно, объясняет галлюцинации и креативность. Изображение: Питер Джадсон

Нейробиолог и невропатолог Дена Дубал, изучающая способы замедления старения мозга в Калифорнийском Университете, Сан-Франциско, соглашается: «В некотором роде, всех нас привлекает мысль ускорить работу мозга. И наша изобретательность позволила нам это сделать — в частности за счет развития языка и технологий.

«В повседневной жизни мы ускоряем работу нашего мозга за счет хорошего сна, физических нагрузок, правильного питания, социального взаимодействия, кофе… И многие пытаются продолжить ее ускорять с помощью новых технологий и, в некоторых случаях, лекарственных препаратов»

Начало тренда на использование «умных наркотиков» можно проследить еще в школах, изобилующих рецептами на Аддерол и Риталин, объясняет Анджан Чаттерджи , профессор нейрологии в Пенсильванском Университете. Даже дети дошкольного возраста оказываются в конкурентной обстановке, пытаясь совместить школу, репетиторов, уроки музыки и спорт.

«Люди крутятся как белки в колесе, пытаясь везде успеть и везде быть лучшими, и так они живут до самой смерти. Создается чувство того, что где-то там есть ограниченное количество наград и каждый должен за них побороться. Это тяжело, но вы достигаете этого любыми доступными способами» — продолжает Чаттерджи.

Те, кому не выписывали лекарства от СДВГ, могут легко их купить. Результаты ряда исследований показывают, что около 20% студентов колледжей в США злоупотребляют стимуляторами, выдаваемыми по рецепту. То же самое можно сказать и о Лили, которой выписывали лекарства от СДВГ с шести лет. В университете она делилась медикаментами с друзьями, ищущими способ сфокусироваться на заданиях. Этим же она продолжила заниматься, начав работать. «Это подпитывает не только людей в сфере высоких технологий, но и любого миллениала, который пытается работать по-настоящему продуктивно».

В начале своей карьеры в технологическом стартапе, она решила, что Аддерол ей очень пригодится. «Он помог мне запустить работу компании. Мы начинали с трех городов, и за полгода разрослись до тридцати. Я чувствовала, что способна на все, но на самом деле я вела себя как урод» — рассказывает Лили. Она начала изучать микродозинг психоделиков, испытав на себе неприятные побочные эффекты от лекарства, созданного на основе амфетамина. «Когда я его принимала, у меня захватывало дух, без препаратов же я чувствовала упадок сил и казалась себе такой тупой, как будто работа моего мозга замедлялась».

«Физически и психологически ты чувствуешь себя лучше. Офисная рутина кажется тебе вполне сносной, ты спокойнее относишься к недостаткам других. По ощущениям твой день проходит вполне неплохо»

Даже несмотря на то, что во многих странах ЛСД и галлюциногенные грибы находятся под запретом, Лили считает, что они безопаснее, чем выписываемые ей лекарства. Дозы сокращаются и становятся нерегулярными, к тому же, она не нашла никаких доказательств возникновения психологической зависимости от галлюциногенов. «Мы вряд ли когда-нибудь обнаружим, что микродозинг убивает печень» — размышляет она.

Лили все еще принимает препараты от СДВГ, но микродозы галлюциногенных грибов помогли ей постепенно снизить дозы лекарств: «В идеальном мире я бы вообще никогда не принимала Аддерол». История Лили показывает то, насколько непоследовательной может быть политика по отношению к наркотикам. Выписывать шестилетнему ребенку амфетамин — нормально, а вот взрослым запрещено «включаться, настраиваться и выпадать».

«В вопросах отношения к веществам наше общество находится на уровне Средневековья. Некоторые можно получить только по рецепту врача, некоторые уже доступны, некоторые запрещены. И если мы углубимся в их эффект, уровень привыкания и создаваемой ими опасности для человека и общества, то увидим, что классификация эта очень произвольная».

За пределами Кремниевой Долины есть небольшие ячейки приверженцев микродозинга. Их легко найти с помощью форумов, или через участников таких (неофициально) лояльных галлюциногенам фестивалей, как Burning Man. Джозеф (имя изменено), тридцатиоднолетний химик-исследователь из Нью-Йорка сравнивает микродозинг галлюциногенных грибов с настройкой гитары:

«Я все еще чувствую себя очень живым, картинка более четкая. Я чувствую себя более энергичным, и наслаждаюсь даже повседневностью, вот как сейчас», — рассказывает он.

Он убежденный сторонник своей привычки, и признается, что удивлен количеством людей, которые его об этом расспрашивают. «Пожилые люди, профессионалы из хэджевых фондов и медицинской индустрии. Они не ищут, как бы словить приход с друзьями на природе — они обращаются к галлюциногенам как к инструменту».

Даниэлу (имя изменено) тридцать лет, он живет в Берлине и работает в компании по бизнес-аналитике. Три года назад он узнал о микродозинге на Reddit. С помощью DarkNet он покупает себе наркотики в таблетках, тщательно их измельчает и помещает в капсулы, которые он принимает раз в три дня перед работой вместе с мультивитаминами.

«Это стало частью моей жизни — почти как улучшенная, волшебная чашечка кофе. С ними мне легче справляться со сложными проектами и держать сразу много вещей в голове одновременно», — рассказывает Дэниэл

 

Психоделическая/психолитическая терапия: ЛСД применялся в психотерапии в 50-е и 60-е года — врачи надеялись исследовать подсознание своих пациентов более глубоко, сделать их воспоминания более яркими или привести их к «пробуждению». Некоторые современные психиатры выяснили, что ЛСД эффективен в борьбе с алкоголизмом и тревожностью. Изображение: Питер Джадсен

В Лондоне тридцатичетырехлетний Блэйк (имя изменено) работает в стартапе по мобильной связи на должности разработчика программного обеспечения. С октября 2015 года он время от времени обращался к практике микродозинга. Он принимает таблетки ЛСД, которые также покупает через Dark Net в интернет-магазине под названием Nucleus Market по £5 за таблетку. Каждую он делит на 10 частей, и принимает такими дозами по утрам один-два раза в неделю.

В Лондоне тридцатичетырехлетний Блэйк (имя изменено) работает в стартапе по мобильной связи на должности разработчика программного обеспечения. С октября 2015 года он время от времени обращался к практике микродозинга. Он принимает таблетки ЛСД, которые также покупает через Dark Net в интернет-магазине под названием Nucleus Market по £5 за таблетку. Каждую он делит на 10 частей, и принимает такими дозами по утрам один-два раза в неделю.

«Я начинаю работать так сосредоточенно. Это выбивает мозг из привычной колеи и помогает выбросить из головы ненужные потоки мыслей». — рассказывает он. Это лишь часть тех способов, к которым он прибегает, чтобы оптимизировать работу мозга. Также он практикуется в игре на музыкальных инструментах, занимается спортом и развивающими играми. «Я стараюсь достичь наилучшего результата во всем, за что бы ни брался. Это естественная черта характера многих программистов, в особенности, когда речь заходит об оптимизации умственной деятельности» — отмечает Блэйк.

Еще один человек, узнавший о микродозинге на Reddit — двадцатидевятилетний Алекс (имя изменено), изучающий биологию в Эддинбургском Университете. В течение нескольких месяцев он собирал материалы по этому вопросу, но принял окончательное решение принимать микродозы кислоты после личного разговора со сторонниками этого метода на Breaking Convention, лондонской конференции, посвященной галлюциногенным наркотикам, прошедшей в июле 2015 года. Он применяет 1P-LSD, аналог ЛСД, — человеческое тело реагирует на него точно так же, но 1P-LSD упустили в законодательстве, так что его относительно легко купить через Интернет.

«Я работаю в области теории вычислительных машин и клеток, и микродозы повышают мою продуктивность и стимулируют нестандартное мышление. Во время написания программы полезно понимать, как должна работать ее логика. Как будто вы играете в шахматы, но можете заглядывать на несколько ходов вперед, и вы даже не осознаете этого, вы просто следите за течением игры. От микродоз вас не захлестывают эмоции и чувства. У вас нет ни галлюцинаций, ни сонливости» — делится своим опытом Алекс. Тем не менее, бывало, что он доходил и до трети нормальной дозы, пытаясь решить сложные задачи: «Мне несколько раз удавалось сделать прорыв».

Когда он разрабатывал план своей магистерской диссертации он на какое-то время увеличил дозы и пытался визуализировать свои идеи. «Мой мозг превратился в суперкомпьютер. Я мог визуализировать свои идеи, переставлять их, создавать из них комбинации» — объясняет Алекс. Он также сказал, что заметил усиление отдачи со стороны своего научного руководителя, который не был в курсе его экспериментов. «Может, я и смог бы достичь этого результата собственными усилиями, но с наркотиком это происходит быстрее». Преимущества отражаются не только на работе, они заметны во всех аспектах жизни. «Я становлюсь более счастливым и общительным» — заметил он.

Блэйк поддерживает. «Я больше прислушиваюсь к людям, я ценю простые вещи и совершенно не способен есть нездоровую пищу. Вид жареного стал для меня отталкивающим».

Даниэль также отказывается от вредной пищи в те дни, когда принимает микродозу. Еще он заметил, что стал более выносливым в беге. «Этот назойливый голос, который все время велит мне остановиться, исчез».


Блейк, Лондон, 13 июня 2016 года. Фото : Сэм Баркер

Микродозирование хорошо вписывается в общую цель Лили улучшить свое здоровье. Сама она объясняет это так: «Я не так сильно забочусь о физическом благополучии, а вот над своим душевным благополучием мне приходилось усердно работать. Микродозирование помогает мне регулировать уровень своей тревожности в долгосрочной и краткосрочной перспективе». Это согласуется с тем, что показали исследования Фадимана. Он докладывает: «Люди имеют тенденцию к улучшению здоровья. Они рассказывают об улучшении сна, более здоровом питании, и повышении интенсивности физических тренировок».

Безусловно, не все так просто. Ошибка в дозировке, которая легко случается при отсутствии необходимой подготовки, может привести к весьма нелегкому дню на рабочем месте.

Блэйк признается: «Иногда ощущения настолько глубоки, что хочется просто выключить их на минуту и отдохнуть».

В исследовании Фадимана упоминаются и другие побочные эффекты: «В день принятия дозы у нескольких людей было зафиксировано причиняющее неудобства (повышенное) потоотделение, но они продолжили прием. Два человека сообщили о повышенной тревожности. Один испытуемый жаловался на участившиеся мигрени».

Более того, на самом деле мы не понимаем, какой эффект окажет прием этих веществ каждые несколько дней в долгосрочной перспективе. В 2011 году Дэвид Николс провел эксперимент, в котором давал крысам ЛСД в дозировке 0,08-0,16 мг/кг, раз в два дня, в течение трех месяцев. С течением времени животные стали агрессивными и гиперактивными, а их поведение показывало сходства с поведением человека, на которое повлияли изменения в нейронной сети мозга.

Николс объясняет это так: «Одно дело — использовать эти препараты раз в месяц. Я не уверен в безопасности ежедневного применения. Они могут вызвать трудноуловимые поведенческие и гормональные изменения, которые мы пока что не до конца понимаем».

Фадиман не рассматривает это исследование серьезно, аргументируя это тем, что никто никогда не принимает психоделики ежедневно на протяжении трех месяцев, и что если человек не чувствует, что его микродоза приносит ему хоть какую-то пользу, ему следует остановиться. Однако в бесплатных центра помощи наркозависимым придерживаются более осторожного подхода. Несмотря на то, что на сегодняшний день не существует никаких доказательств того, что ЛСД и галлюциногенные грибы наносят какой-либо физический или психологический долговременный ущерб организму, в больших дозировках они могут привести к неприятным галлюцинациям, вспышкам воспоминаний, или усугубить уже существующие проблемы с психическим здоровьем.

«Если вы собираетесь принять вещество, изменяющее ваше настроение, всегда будет существовать элемент риска, в особенности в тех случаях, когда уже имеется психическое заболевание. Но в сравнении с последствиями, связанными с другими препаратами, эти случаи находятся в нижней части шкалы риска», — считает Гарри Шапиро, директор британского центра реабилитации DrugWise.

На первый взгляд, такой утилитарный подход кажется совсем не похожим на контркультуру в Хэйт Эшбери. Но движение хиппи и Кремниевая Долина связаны между собой. Любовь Области залива Сан-Франциско к ЛСД началась в 1960-х годах, когда множество организаций легально давали психоделики добровольцам неподалеку от Стэнфордского Научно-Исследовательского Института — будущей колыбели вычисления на персональных ЭВМ.

Эти организации, включая Международный Фонд Передовых Исследований, добавили в копилку одних из ярчайших инженеров и разработчиков, в том числе Дугласа Энгельбарта, который изобрел компьютерную мышь.

Пишущий о технологиях журналист Джон Мархофф в своей книге «Что сказала Соня: как контркультура шестидесятых формировала индустрию ПК» высказывается так: «Не совпадение, что в шестидесятые и в начале семидесятых, на пике протестов против вьетнамской войны, движения за гражданские права, и широко распространенного экспериментирования с психоделиками, вычисление на ПЭВМ развилось из кучки финансируемых правительством и корпорациями лабораторий, а также из работы небольшой группы любителей, которые отчаянно пытались заполучить персонально управляемые компьютеры, и решить, чем они могут быть полезны».

Примерно в то же время по всему миру группы ученых экспериментировали с психоделическими веществами. Фрэнсис Крик, нобелевский лауреат и отец современной генетики, регулярно употреблял ЛСД. Своим коллегам и биографу он признавался в том, что с пятидесятых регулярно употреблял небольшие дозы, чтобы улучшить свои мыслительные способности.

Американский биохимик Кэри Мулли, также нобелевский лауреат, называл свое употребление ЛСД между шестидесятыми и семидесятыми «самым важным из всех курсов, на которые я решился».

За двадцать лет появилось более 1 000 научных работ, описывающих 40 000 пациентов, которых лечили с помощью ЛСД и других галлюциногенов, а также несколько десятков книг и шесть международных конференций о лечении с помощью психоактивных веществ. Сторонники всего этого считали, что наркотики облегчают психоаналитический процесс, и что их можно использовать в лечении заболеваний вроде алкоголизма.

Продуктивность на рабочем месте: люди, практикующие прием микродоз, сообщают, что их двухнедельный режим приема ЛСД приводит к улучшенной концентрации, «потоку» продуктивности и способности к решению задач, а также к усилению эмпатии и межличностных навыков (последние два, пожалуй, являются дефицитными в Кремниевой Долине). Однако, без лабораторных исследований, эти данные являются совершенно бессистемными, и эффекты, как долго-, так и краткосрочные, остаются неизвестными. Изображение: Питер Джадсон

Исследование, которое в настоящее время привлекло внимание людей, практикующих прием микродоз, было проведено 27-летним Джеймсом Фадиманом летом 1966 года в исследовательском комплексе в Менло-Парк.

Задача, которую предстояло решить исследователям, заключалась в том, способны ли психоделики помочь найти ответ на сложные научные вопросы. Добровольцы, набранные для исследования, должны были разбираться с проблемой — чем-то, что могло бы быть измерено, построено, доказано, или произведено — над поиском ответа на который они трудились бы не менее 3 месяцев. Двадцать семь человек, включая инженеров, архитекторов, математиков, психолога и дизайнера мебели, согласились принять участие.

Каждому испытуемому выдали 200 мг мескалина — эквивалент 100 мкг ЛСД — и оставили слушать классическую музыку с закрытыми глазами на пару часов, пока принятый ими наркотик начинал действовать. Затем, они искали решение проблемы. Результаты были поразительными. В 40 из 44 проблем, над которыми сообща трудились добровольцы, были совершены прорывы, либо найдены частичные решения.

«Сложно предположить, сколько заняло бы решение этой проблемы без психоделического вещества», — сообщает один из ученых, принимавший участие в испытании. «Но это была такая проблема, которая могла бы остаться нерешенной навсегда. Пришлось бы приложить огромные усилия и пораскинуть мозгами, чтобы достичь того же, что, кажется, получилось намного легче в ходе этой сессии».

Реальные инновации, появившиеся вскоре после психоделического опыта это, например, математическая теорема для цепей с логическим элементом ИЛИ — НЕ; новая конструкция вибрирующего микротома; эксперимент по исследованию космоса для измерения параметров Солнца; техническое усовершенствование магнитного самописца; новая концептуальная модель фотона; устройство для управления лучом линейного ускорителя электронов.

Исследования остановились, когда правительство США определило психоделические вещества как относящиеся к Списку 1 веществ, наиболее строго контролируемых. Последовавшая за этим война Никсона с наркотиками подстегнула нравственный общественный резонанс среди социально консервативных людей. Это стигматизировало психоделики, после чего финансирование исследований было прекращено, а прогресс в практической сфере остановился на 40 лет.

«Это самая худшая цензура в сфере науки за всю мировую историю … со времен Темных веков. Это даже хуже, чем запрет телескопа католической церковью в 1616 году», — полагает Дэвид Натт, получивший известность в Великобритании в связи с увольнением с должности главного советника правительства по наркотикам в 2009 году, после его заявления о том, что экстази безопаснее, чем верховая езда.

Но в начале 2000-х годов несколько исследователей без особой решимости возобновили научное изучение психоделиков. Теперь работа, которая была прервана в 60-х годах, воспроизводится или углубляется при участии таких учреждений, как университет Джона Хопкинса, Нью-Йоркский университет, Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе, и Имперский колледж Лондона. Сейчас достигнуты положительные результаты в лечении никотиновой зависимости, алкоголизма, депрессии, и тревожности, связанной со страхом конца жизни.

«Большинство спонсоров не заинтересованы. Когда вещества нелегальны, приходится преодолевать большое количество препятствий. Это требует гораздо больше времени и десятикратно повышает стоимость исследования», — объясняет Натт, обратившийся к краудфандингу и благотворительности для финансирования своих исследований психоделических веществ и мозга.

И если выбить ресурсы для исследования психоделиков достаточно сложно, то почти невозможно найти их для исследования «микродозинга», который, в основном, призван давать преимущество людям с чрезмерным рвением, ищущим стимул для карьеры.

«Это не та проблема, которая остро нуждается в решении», — говорит Николс.

Более того, логистика исследований микродозинга гораздо труднее. При исследовании полных доз, испытуемые находятся в контролируемой среде в присутствии врачей и трип-ситтера. Исследование микродозинга, в теории, включало бы в себя назначение добровольцам наркотика, входящего в Список 1, перед тем как отпустить их домой — наблюдательные советы институтов вряд ли пойдут на такой риск.

Фадиман сообщает, что оказывает консультации двум исследованиям, изучающим микродозинг психоделиков — одно в Австралии, а другое в Европе.

«Фармакологической компании важно знать, как можно извлечь прибыль неприличных размеров — вот что привлекает ее внимание. Проблема в том, что эти вещества не аддиктивны и их не нужно принимать слишком часто», — отмечает Фадиман.

Тем временем, психонавты вроде Лили, Дэниэла, Алекса, Блэйка и Джозефа планируют продолжить свои искания в области личностного развития, принимая маленькие дозы грибов или кислоты на завтрак, несмотря на то, что те остаются вне закона.

«Если бы я узнал, что это опасно, — на мой взгляд, сейчас это не доказано, — я бы остановился», — говорит Джозеф.

Блэйк соглашается: «Если бы существовало исследование, показывающее долгосрочные негативные побочные эффекты для мозга, я бы не стал принимать микродозы. Но пока их нет, я буду продолжать. Я не могу сказать, что новизна выветривается».

Автор: Оливия Солон.
Оригинал: Wired.

Перевели: Полина Пилюгина, Илья Силаев, Наташа Очкова и Юрий Гаевский.
Редактировали: Артём Слободчиков, Евгений Урываев и Егор Подольский.