Наука

Каково это — умирать

admin
Всего просмотров: 856

Среднее время на прочтение: 5 минут, 56 секунд

Мы с мамой сели напротив медсестры хосписа в нашем доме в Колорадо. Это было в 2005 году, когда моя мама завершила лечение метастатического рака груди. За один-два месяца до этого она могла каждый день брать с собой собаку на прогулки в горах или отправиться с отцом в путешествие в Австралию. Но тогда она была измождена; болезнь, химиотерапия и болеутоляющие вымотали ее.

Мама сама, с одобрения врача, приняла решение перестать гнаться за все спадающим эффектом от химиотерапии; она же попросила его связаться с хосписом. Тем не менее, мы не были готовы к такому вопросу. Слегка шокированные, мы с мамой обменялись взглядами. Но все же, сильнее всего мы чувствовали облегчение.

На протяжении шести с половиной лет лечения она обращалась к двум терапевтам, шести онкологам, кардиологу, нескольким радиологам, медсестрам в двух отделениях химиотерапии и хирургам в трех разных клиниках, — никто, насколько я знаю не говорил с ней о смерти.

На то есть причина. «Грубо говоря, за две недели до смерти, примерно в этот период, человек становится слишком слабым или все время дремлет, или погружается в полубессознательное состояние. Так что у него нет возможности поделиться с нами тем, что он чувствует», — рассказывает Маргарет Кэмпбелл, профессор сестринского дела в Университете Уэйна, десятилетиями работавшая в сфере паллиативной терапии. Представление о смерти основывается, как правило, на том, что видит семья, друзья и врачи, а не на том, что на самом деле чувствует умирающий.

Джеймс Халленбек, специалист по паллиативной терапии Стенфордского Университета, часто сравнивает умирание с черными дырами. «Мы можем заметить влияние черных дыр, но заглянуть внутрь невероятно трудно, если не невозможно. Их огромная сила притяжения все возрастает, по мере того как к ним приближаешься.
А когда проходишь „горизонт событий“, законы физики, по всей видимости, меняются»
Что человек чувствует во время смерти? Несмотря на рост количества исследований смерти, настоящий, физиологический опыт умирания — последние несколько дней, последние несколько моментов — остается тайной, покрытой мраком. Медицина еще только начинает заглядывать за «горизонт».

До начала прошлого столетия почти все умирали быстро. Но современная медицина резко изменила то, насколько долгим может быть конец жизни. Теперь американцы, имеющие доступ к медицинским услугам, постепенно умирают от затяжных болезней, например, на последней степени рака, от осложнений диабета или психических расстройств, а не, скажем, быстрой смертью из-за аварии. По последним подсчетам центров по контролю заболеваний, в большинстве случаев американцы умирают от сердечных заболеваний, рака или хронических легочных заболеваний.

Приблизительно в последние дни жизни у тех, кто умирает постепенно, наступает финальная, скоротечная стадия, которую называют «активное умирание». В течение этого времени, как Халленбек пишет в своей книге «Перспективы паллиативной терапии», руководстве по подобной терапии для врачей, люди начинают терять желания и чувства восприятия в определенном порядке. «Сначала уходят голод и жажда. После них человек теряет способность говорить, потом зрение. Последними обычно пропадают слух и осязание».

«При некоторых обстоятельствах боль неизбежна. Пациенты, дожившие до глубокой старости, просто угасают, и ничто не причиняет им боль» — рассказывает Кемпбелл. При заболеваниях, обычно ассоциирующихся с сильной болью, смерть не обязательно мучительна. Большинству умирающих от рака для комфорта необходимы обезболивающие, как отметила профессор, и медикаменты обычно действуют. «Если они проходят хороший, полноценный курс обезболивающих, они могут умереть мирно».

Когда больные ослабевают настолько, что уже не могут самостоятельно кашлять или глотать, из их горла начинают слышаться странные звуки. Хотя они могут быть очень тревожными, и кажется, что человек страдает, для умирающего это не так, как говорят врачи. На самом деле, исследователи уверены в том, что данный симптом, который часто называют предсмертным хрипом, на самом деле безболезненный.

В конечном счете, мы не можем понять, насколько страдает человек перед смертью, ведь обычно в течении последних дней или часов жизни человек перестает узнавать окружающих, и сознание постепенно покидает его. «Вообще мы считаем, что если мозг человека находится практически в коматозном состоянии, или его реакция ухудшена, восприятие, то как он все ощущает, тоже может снизиться» — рассказывает Дэвид Хуэй, онколог и специалист по паллиативной терапии, который занимается изучением признаков приближающейся смерти. «Человек может даже и не осознавать, что происходит».

Спустя неделю или две после нашего разговора с медсестрой, мама пришла в то состояние, когда в сознание она приходила редко. Когда она просыпалась, вместе с ней просыпалась только базовая часть её организма: та её часть, которая отвечала за то, чтобы двигать ногами, дойти до ванной, на автомате почистить зубы и помыть за собой раковину. Впервые ее разум отвернулся от собственных детей и мужа.

Мне бы хотелось заглянуть в ее мысли. Я хотела узнать, что представлял из себя ее разум. Ухаживать за человеком, который никак на тебя не реагирует, это все равно, что пытаться узнать, есть ли кто дома, пытаясь заглядывать в окна сквозь плотные шторы. Она сейчас спит, дремлет, переживает нечто сверхъестественное? Не утратила ли она рассудок?

У большинства умирающих людей «мозг вместе с телом пытается жертвовать теми участками, которые менее критичны для поддержания жизнедеятельности», — объясняет Дэвид Ховда, руководитель научно-исследовательского центра травм головного мозга Калифорнийского университета. Он сравнивает процесс старения с чередой поломок: люди теряют способность к сложному планированию, обучению новым моторным навыкам — и наконец, что оказывается более значимым, их реакции замедляются.

«Когда мозг начинает изменяться и умирать, это стимулирует в нем различные участки, и один из них это зрительная система, — объясняет Ховда, — и в такие моменты люди начинают видеть свет»

Недавние исследования подтверждают, что обострения чувств, которые испытывают некоторые люди, соответствует тому, что мы знаем о поведении мозга в процессе умирания. Джимо Борджигин, нейроученый из Университета Мичигана, впервые заинтересовалась этой темой, когда проводила другие эксперименты и заметила нечто странное в мозге умирающих животных: за несколько мгновений до смерти нейрохимическая активность внезапно возрастала. Ученым уже известно, что нейроны продолжают функционировать даже после смерти, но это было нечто иное. Нейроны вырабатывали новые вещества и в больши́х количествах.

«Многие выжившие после временной остановки сердца описывали поразительный опыт, который они пережили в бессознательном состоянии, — говорит Борджигин, — они видели огни и, по их словам, испытали переживания, казавшиеся реальнее, чем сама реальность». Она поняла, что предсмертный выброс нейрохимикатов может объяснить это явление. Борджигин и её команда решили провести эксперимент. Они ввели обезболивающее шести крысам, а затем остановили их сердца. «И внезапно все участки мозга синхронизировались», — рассказывает она. Мозговые волны крыс усилились на всех частотах, кроме того, возник эффект когерентности — электрическая активность различных участков мозга проявлялась согласованно.

«Если вы занимаетесь чем-то, что требует концентрации внимания, пытаясь определить значение слова или вспоминая чье-то лицо — что требует высокого уровня когнитивной активности, вызывающей такой же эффект, — говорит Боржигин, — эти показатели легко отслеживаются при изучении сознания у бодрствующих людей. Так что мы предполагали, что когда вы встревожены или возбуждены, мозг усиливает те же самые параметры. Так все и было».

В последние пару недель, когда большую часть времени разум моей матери блуждал где-то далеко, они иногда поднимала руки и ощупывала пальцами невидимые предметы. Однажды я схватила ее руки и спросила, что она делает. «Убираю все прочь», — ответила она, мечтательно улыбаясь.

Состояние полусна-полубодрствования является нормальным для умирающих людей. Исследователи, возглавляемые Кристофером Керром в хосписе неподалеку от Буффало, Нью-Йорк, изучили сны умирающих людей. Большинство пациентов, 88 процентов, видели как минимум один сон или видение. И эти сны, как правило, отличались от их привычных сновидений. К примеру, они выглядели четче и реалистичнее.

«Часто предсмертные сны пациентов были настолько яркими, что продолжались при бодрствовании, и пациенты переживали их, как часть реальности», — сказано в отчете об исследовании в «Журнале паллиативной медицины»

72 процента пациентов видели во сне людей, которые уже скончались. 59 процентов описывали сны, в которых они собирались в путешествие. 28 процентов заново переживали важные события прошлого. (Пациентов опрашивали каждый день, и одни и те же люди часто описывали несколько видений).

Сны большинства пациентов были спокойными и позитивными. Исследователи отмечают, что сны часто помогали справится со страхом смерти. «Превалирующей характеристикой предсмертных снов и видений являлось чувство персональной значимости, что часто оказывало сильный эмоциональный эффект», — говорится в отчете. В свои последние часы жизни, когда пациенты перестают есть и пить, после того, как они теряют зрение, «большинство пациентов закрывают глаза и готовятся уснуть», — говорит Халленбек, специалист по паллиативному уходу из Стэнфорда. «С этого момента … мы может только предполагать, что происходит на самом деле. У меня складывается впечатление, что это не кома, как считают многие родственники пациентов и врачи, но что-то наподобие сна».

Точно отследить тот самый момент — когда человек переходит в это состояние, или даже когда он начинает умирать — очень непросто.

Так же было и в случае с моей матерью. Однажды ранним утром пошел снег, я и двое ее друзей сидели с ней в библиотеке, куда мы переместили ее, чтобы нашлось место для больничной кровати. Она казалась умиротворенной, и в мягком утреннем свете мы стояли вокруг кровати, слушая ее скрипучее дыхание.

Она не делала никаких драматичных жестов и никаким образом не дала понять о том, что собирается нас покинуть. Она не открыла глаз и не присела внезапно. Она сделала последний, чуть более громкий вздох, и умерла.

«Это похоже на надвигающийся шторм, — говорит Халленбек, — волны усиливаются. Но сможете ли вы уловить тот самый момент, когда волны вдруг стали сильнее? … Волны вздымаются выше и выше и уносят человека в морские пучины».

Автор: Дженни Дир.
Оригинал: The Atlantic.

Перевели: Наташа Очкова и Никита Пинчук.
Редактировал: Артём Слободчиков.