Культура

Текстовые сообщения и современные отношения

admin
Всего просмотров: 247

Среднее время на прочтение: 8 минут, 40 секунд

Несколько лет назад в моей жизни была женщина — назовем ее Таней — и однажды вечером мы были вместе в Лос-Анджелесе. Мы оба пошли на одну вечеринку в честь дня рождения, и когда дело шло к концу, она предложила довезти меня до дома. Мы весь вечер болтали и немного флиртовали, так что я пригласил ее к себе. Я в то время снимал неплохой домик в Голливудских Холмах. Он был как у Де Ниро в «Схватке», только скорее в моем стиле, а не в стиле опытного грабителя, взрывающего бронированные машины. Я сделал пару коктейлей, и мы по очереди ставили музыку, болтали и смеялись. В конце концов мы стали целоваться, и это было круто. Я помню, как спьяну сказал какую-то тупость, когда она уходила, что-то типа «Таня, ты очаровательная девушка»… А она ответила: «Азиз, ты тоже очаровательный парень». Встреча казалась многообещающей, как подтвердили все присутствовавшие: мы оба были очаровательными.

Я хотел снова увидеться с Таней и столкнулся с простым выбором, преследующим всех нас: как и когда мне с ней связаться? Позвонить? Написать СМС? Сообщение в Facebook? Подать дымовой сигнал? А как это делается?


«Безумие, в которое я погружался, даже не существовало двадцать или даже десять лет назад», — пишет Азиз Ансари

В конце концов я решил написать ей СМС, потому что она вроде бы постоянно их писала. Я подождал несколько дней, чтобы не казаться чересчур напористым. Я узнал, что группа Beach House, которую мы слушали тем вечером, играла на неделе в Лос-Анджелесе, так что ход казался идеальным.

Сообщение было таким:

«Привет, не знаю, может, ты уже в Нью-Йорке, но Beach House сегодня и завтра играют в Wiltern. Хочешь сходить? Может, они дадут тебе спеть The Motto, если попросим?»

Нормальное такое приглашение с маленькой шуточкой для тех, кто в теме. (Таня на вечеринке пела песню Дрейка The Motto и впечатлила всех тем, что знала почти все слова.)

Прошло несколько минут, и статус моего сообщения сменился на «прочитано». Мое сердце остановилось. Настал момент истины. Я собрался с духом, наблюдая, как загораются эти маленький точечки в айфоне. Те, что возбужденно сообщают, что кто-то пишет ответ, смартфонный эквивалент медленного подъема на вершину американских горок. Но потом, через несколько секунд… они исчезли. И ответа от Тани не было.

Хмммм… Что случилось? Проходит еще несколько минут, и… ничего. Пятнадцать минут… Ничего. Моя уверенность стала слабеть и переходить в сомнение. Проходит час… Ничего. Два часа… Ничего. Три часа… Ничего. Начинается легкая паника. Я начинаю изучать свое сообщение. Некогда столь уверенный, теперь я сомневаюсь во всем.

Я тупой! Надо было написать «Прив», а не «привет»! Я задавал слишком много вопросов. О чем я только думал? О, пожалуйста, вот еще один вопрос. Азиз, ЧТО ТАКОЕ У ТЕБЯ С ЭТИМИ ВОПРОСАМИ?

Потом я осознал кое-что интересное: безумие, в которое я погружался, даже не существовало двадцать или даже десять лет назад. Вот он я, маниакально проверяю телефон каждые несколько минут, переживаю эту бурю паники, боли и злобы, и все потому что этот человек мне не написал короткое, тупое сообщение на дебильном телефоне.

Современные отношения становятся источником стресса, особенно когда речь идет о сообщениях, которые стали новой формой приглашений на свидания. В 2010 году только 10% молодых людей приглашали кого-то на первое свидание в сообщении, по сравнению с 32% в 2013. И следовательно, все больше и больше людей сидят в одиночестве и пялятся в экран телефона с целой кучей эмоций. Но странным образом мы все это делаем вместе, и мы должны найти утешение в том, что никто понятия не имеет, что происходит. Поэтому я решил изучить это явление, но так как мне было известно, что придурок-юморист Азиз Ансари вряд ли справится с такой темой сам, я объединил усилия с социологом из Нью-Йоркского университета Эриком Клинбергом. Мы разработали крупный исследовательский проект в течение 2013 и 2014 годов, включавший в себя организацию фокус-групп и проведение опросов по всему миру, а также интервью с известными исследователями, посвятившими карьеру изучению современных отношений. Мы многое узнали о том, как сейчас найти свою любовь, а также о том, что делать, когда отправляешь или получаешь сообщение.

Много споров было о том, сколько нужно ждать, прежде чем ответить на сообщение. Некоторые придерживались позиции удвоения времени ответа (тебе отвечают через 5 минут, ты отвечаешь через 10, и т. д.). Таким образом, ты достигаешь преимущества и постоянно выглядишь более занятым и недоступным, чем собеседник. Другие считали, что нескольких минут ожидания достаточно, чтобы показать, что у тебя есть в жизни что-то важное, помимо телефона. Третьим казалось, что нужно удваивать время, но иногда отвечать быстро, чтобы не казаться четко следующим правилам (но не слишком долго!). Четвертые ждали в 1,25 раза дольше собеседника. Пятые считали, что 3 минуты — в самый раз. А были и те, кого настолько достали все эти игры, что они считали, что своевременные ответы без всяких игр смотрятся свежо и демонстрируют уверенность.

Но работает ли это? Почему столько людей это делают? Сходятся ли эти стратегии с реальными наблюдениями психологов?

Сила ожидания

В последние годы исследователи человеческого поведения пролили свет на причины того, почему методика ожидания может оказаться действенной. Давайте сначала рассмотрим точку зрения, согласно которой вы становитесь менее привлекательным для собеседника, отвечая на сообщения сразу после их получения. Психологи провели сотни исследований, где они различными способами и при различных условиях вознаграждали лабораторных животных. Одной из самых интригующих находок стал тот факт, что «неопределенность награды» — например, когда животные не могут знать заранее, принесет им еду очередное нажатие рычага или нет — может существенно повысить их интерес в получении вознаграждения; при этом также увеличивается уровень дофамина в крови, так что они, по сути, начинают чувствовать себя «подогретыми».

Если мы считаем ответное сообщение от кого-то «вознаграждением», нужно принять во внимание тот факт, что лабораторные животные, которые получают награду за нажатие рычага каждый раз, со временем будут работать медленнее, потому что знают, что в следующий раз, когда им захочется награды, она уже будет их ожидать. Таким образом, если вы отвечаете на сообщения сразу же, вас воспринимают как нечто само собой разумеющееся и в конечном итоге вы теряете свою значимость в качестве «вознаграждения». В результате человек не особенно торопится вам писать или, в случае с лабораторным животным, жать на рычаг.

Переписка — это средство общения, настраивающее наш разум на определенный лад, и мы ожидаем, что обмен сообщениями будет отличаться от телефонных звонков. До того как у каждого появились мобильные телефоны, люди могли подождать с ответом до нескольких дней, прежде чем собеседник начинал беспокоиться. Текстовые сообщения приучили нас к более скоростному общению. Как показали наши опросы, эти временные рамки отличаются от человека к человеку и могут быть какими угодно: от десяти минут до часа и даже до нескольких секунд, в зависимости от того, как общение происходило раньше. Когда мы не получаем мгновенный ответ, это сводит нас с ума.

Наташа Шулль, антрополог, в то время работавшая в Массачусетском технологическом институте, изучает игроманию и конкретно то, что происходит с разумом и телом людей, «подсевших» на немедленное вознаграждение, которое дают им игровые автоматы. Когда мы встретились в Бостоне, она объяснила, что в отличие от карт, скачек или еженедельных лотерей — видов игр, заставляющих игроков ждать (очереди, пока лошади финишируют, или розыгрыша на неделе) — игры в автоматах молниеносны, поэтому игроки получают информацию мгновенно.

«Вы привыкаете к мгновенному результату и становитесь нетерпимы к любым задержкам», — говорит Шулль. Она приводит аналогию между игровым автоматом и перепиской, так как и то и другое провоцирует ожидание быстрого ответа. «Когда вы переписываетесь с тем, кто кажется вам привлекательным, и вы его еще толком не знаете, это как игра на автомате: неопределенность, предвкушение и напряженность. Вся ваша система направлена на то, чтобы получить ответное сообщение. Вы хотите его, нуждаетесь в нем — и сразу, а если оно не приходит, то вся система кричит «А-а-а!». Вы не знаете, что делать с отсутствием ответа, невыясненным результатом».

Шулль сообщила, что переписка сильно отличается от сообщений на автоответчике, которым мы пользовались до появления смартфонов. «В плане времени и эмоций, оставление голосового сообщения было как покупка лотерейного билета. Вы знали, что будете долго ждать момента, когда объявят выигрышные номера. Вы не ожидали немедленного звонка в ответ и даже могли наслаждаться этой неопределённостью, потому что понимали, что это может занять несколько дней. Но когда дело касается обмена сообщениями, вы беситесь, если вам не ответили за пятнадцать минут», — объяснила она.

Шулль рассказала нам, что и сама испытывала напряжение от ожидания. Несколько лет назад она переписывалась с одним из поклонников, с которым уже встречалась и которым сильно увлеклась, а он давал ей все поводы думать, что чувство взаимно. Потом, ни с того ни с сего, мужчина перестал отвечать. Она не получала от него ничего три дня. Она зациклилась на мысли об его исчезновении и ей было трудно сосредоточиться и продолжить социально активную жизнь. «Никто не хотел со мной гулять, потому что меня мучил вопрос: „Где он?“» — рассказала Шулль.

Впоследствии мужчина появился вновь, и она с облегчением узнала, что он потерял телефон, и так как именно там он хранил ее номер, у него не было другой возможности связаться с ней.

«В случае с телефонными разговорами, три дня ожидания звонка не свели бы вас с ума, но для моего сознания, приученного к текстовым сообщениям, потеря такой роскоши… Одним словом, это были поистине кошмарные три дня», — пожаловалась она. Переписка вызывает тревогу даже у пар, состоящих в отношениях. В моих собственных отношениях, полных любви и ответственности, были эпизоды задержек ответа, приводящих к тревожности.

Такой пример:


Я был просто уверен, что после сообщения «Хочешь присоединиться?» она была явно чем-то недовольна. Ее предыдущие ответы были моментальными, поэтому скорее всего эта пауза была сигналом, что что-то не так, и что мне надо было идти в гостиницу, или что-то вроде того.


И опять же, когда она не сразу ответила на сообщение «Это сердитая смска или нет?», я был уверен, что она сердится — иначе зачем так выжидать, чтобы ответить, что это не так? Все эти перемены в моем восприятии ее чувств и моего собственного настроения имели место только ввиду наличия перерывов между сообщениями.

Если это настолько влияет на людей в стабильных отношениях, то, основываясь на психологических принципах, можно вполне резонно предположить, что одинокие люди сознательно используют эту стратегию задержки ответа, чтобы построить привязанность со стороны потенциального партнера.

Например, предположим, что вы — мужчина, и вот в баре вы знакомитесь с тремя женщинами. На следующий день вы пишете им. Две из них отвечают достаточно быстро, а третья — молчит. Если можно так выразиться, первые две своим ответом показали свой интерес и таким образом дали вашему разуму расслабиться. Промолчав, третья женщина создала атмосферу тайны, и теперь ваш мозг ищет причину. Вы всё думаете: «Почему она не ответила? Что не так? Где я провалился?» Женщина вызвала неясность, которая, как обнаружили социальные психологи, может привести к сильному романтическому влечению.

Эрин Уитчерч, Тимоти Уилсон, и Дэниэл Гилберт провели исследование, в котором женщинам показывали страницы мужчин на Facebook. Женщинам говорили, что эти мужчины просматривали их страницы. Одной группе женщин показали страницы мужчин, якобы максимально высоко оценивших профили участниц исследования. Второй группе при демонстрации страниц сказали, что пользователи дали им среднюю оценку. А последней группе просматривающих вообще не давали ясности по поводу оценок симпатии мужчин. Как и можно было ожидать, девушки предпочли тех, кто, как они думали, выразили наибольшую симпатию к их профилям (принцип взаимности: нам нравятся те, кому нравимся мы). Однако женщин в наибольшей степени влекло к «неясной» группе мужчин. Позднее они также сообщили, что эта группа занимала их мысли самую большую часть времени. Когда вы часто думаете о людях, ваш разум заполняется их присутствием, что ведет к возникновению чувства влечения.

Есть еще один термин из социальной психологии, который вошел в наши смс-игры: принцип недостаточности. Суть его проста: больше всего нам хочется того, что для нас не доступно. Когда вы начинаете посылать смски какому-то конкретному человеку реже, вы напрямую создаете для него «недостаток себя» и повышаете свою желанность.

А что там с Таней, кстати?

Во всем этом сумасшествии важно помнить, что, несмотря на всю вашу самокритику насчет того, что и когда вы кому-то послали, иногда это просто не ваша вина и задействованы другие факторы. Оглядываясь назад, я понимаю, что лучший совет мне дал мой друг, когда я разбирался в нашей с Таней ситуации. Он сказал: «В такие моменты ты часто занимаешься самокопанием из-за вещей, которые сказал или мог сказать. Но иногда у собеседника есть обстоятельства, о которых ты даже не догадываешься».

Через несколько месяцев я случайно пересекся с Таней. Мы отлично провели время вместе, и в конце концов, она попросила прощения за то, что когда-то так и не ответила мне. Как оказалось, в тот самый период девушка разбиралась со своей сексуальной принадлежностью и пыталась понять, является ли она лесбиянкой.

Что ж, это точно не одно из тех объяснений, которые приходили тогда ко мне в голову. В конце концов, мы провели ту ночь вместе, и она пообещала, что в этот раз все будет ясно и понятно. Пару дней спустя я послал ей смс, чтобы понять, куда движется наш план. Ее ответ? Тишина.

Авторы: Азиз Ансари — актер и комик, наиболее известный по своей роли в Parks and Recreation и по Master of None на телеканале Netflix — сериале, созданном Азизом, в котором он также является сценаристом и актером.

Эрик Клиненберг — профессор социологии в Университете Нью Йорка. Область его интересов — урбанистика, культура, и СМИ. Помимо Modern Romance, он написал еще 5 книг.

Оригинал: Nautilus.

Перевели: Кирилл Козловский, Александр Поздеев и Юрий Гаевский.
Редактировали: Поликарп Никифоров, Роман Вшивцев.