История

«Забытые острова»

admin
Всего просмотров: 269

Среднее время на прочтение: 16 минут, 36 секунд

Маршалловы острова. Бывший ядерный полигон вновь на пороге забвения

Мальчик с дедушкой рыбачат на мелководье возле крошечного острова — зеленой точки посреди сапфировой бесконечности где-то между Гавайями и Австралией. Сначала все озаряет вспышка, безмолвная, ярче солнца — над горизонтом взрывается огненный шар шириной в четыре мили. Небо становится кроваво-красным. Затем раздается грохот и налетает ветер.

Даже 61 год спустя по коже Тони де Брама пробегают мурашки, когда он рассказывает о крупнейшем в американской истории испытании ядерного оружия — взрыве поистине библейского масштаба, мощностью в 15 мегатонн — на атолле Бикини, что находится на 280 миль северо-западнее его острова. Вспышку было видно даже с Окинавы, за 2600 миль отсюда, а следы радиоактивных осадков позже были замечены у скота в Теннесси.

«Мы собрались здесь сегодня, чтобы вспомнить жертв программы ядерных испытаний», — говорит де Брам паре сотен человек, сидящих в зале заседаний в Маджуро — столице Маршалловых островов. 68 лет назад этот малоизвестный народ был вверен США как примитивное общество.

Сегодня 2 марта — День памяти жертв ядерных испытаний, и тот мальчик, рыбачивший с дедушкой, теперь — министр иностранных дел Маршалловых островов, вошедших в 21 век как подопечная территория в государстве всеобщего блага. Здешние старики пережили ожоги, доходившие до костей, вынужденный переезд, ужасающие врожденные дефекты, наследственные и прижизненные опухоли; молодежь Маршалловых островов унаследовала мир, разрушенный, переделанный и затем практически забытый Вашингтоном.

«Жертвы испытаний покинули нас раньше срока, — продолжает де Брам, — поэтому американцам следует уделять больше внимания последствиям таких злых и ненужных экспериментов».

С 1946 по 1958 годы Соединенными Штатами на Маршалловых островах было проведено 67 ядерных испытаний. Если их суммарную мощность разделить поровну на 12 лет, то это эквивалентно 1,6 взрыва в Хиросиме каждый день. Такие вещи быстро не забываются.



Министр иностранных дел Маршалловых островов Тони де Брам, официальный истец в деле против Соединенных Штатов, выступает в Маджуро 2 марта, в День памяти жертв ядерных испытаний. Лемейо Эбон тоже присутствует здесь в этот день. Она жила в 100 милях к востоку от места испытаний «Касл Браво» в 1954 г.
Фото: Dan Zak/The Washington Post

День выплат Бикини Джека

«Вашингтон — и это мое личное мнение — я считаю, сбежал от этой ситуации, просто сняв с себя ответственность за Маршалловы острова», — говорит Джек Ниденталь, пенсильванец, прибывший на острова в составе Корпуса мира в 1981 году и впоследствии ставший одним из неофициальных представителей островов в США. — «Посмотрите, сколько они тратят на Ирак и Афганистан — миллиард за миллиардом. За четыре снаряда, выпущенных по дереву в Ираке, они могли бы исправить здесь все».

В офис Ниденталя в мэрии атолла Бикини заглядывает женщина, ее лицо обдает прохладным воздухом. Ниденталь сидит за своим столом с зубочисткой в зубах. Он кивает ей. Она проходит внутрь с ребенком, которого держит, прижав к бедру, и произносит: «Где мой чек?»

Ниденталь пролистывает документы, вытаскивает оттуда чек на сумму 147 долларов и отдает ей. Это ежеквартальная компенсация для выселенных жителей Бикини и их потомков.

На столе Ниденталя разложены чеки для некоторых из 5258 человек, получающих деньги из трастового фонда под управлением филиала M&T Bank в Балтиморе. Выплаты проводятся в мэрии — изумрудного цвета здании в Маджуро, где Ниденталь — «Бикини Джек», как он представляется по телефону — управляет американскими фондами, учрежденными как своего рода извинение.


Коренной пенсильванец Джек Ниденталь выступает как посредник от трастовых фондов для населения атолла Бикини
Фото: Dan Zak/The Washington Post

В городе Маджуро, доме для большинства жителей Маршалловых островов, проживает всего 19 тысяч человек. Он представляет собой полосу земли, не длиннее 30 миль и не шире 2000 футов. Почти из каждого уголка Маджуро можно услышать или увидеть океан или лагуну. Все доллары мягкие и вытертые от постоянного обращения, вся денежная масса существует здесь изолированно. Значимость этих бумажек для местной экономики ярче всего видна в лагуне, где рыболовецкие лодки и траулеры бросают якорь.

Когда местный яхт-клуб заполняется группками еженедельных подсобных рабочих, Маджуро становится похож на Маргаритавилль, с шумными новозеландцами, австралийцами и американцами, рассказывающими об открытом море. Они мечтают заняться дайвингом в воронке, оставшейся от взрыва. Они упоминают местных стариков, мешающих их отдыху фразами типа: «Вы, американцы, разрушили нашу страну».

В полумиле от офиса Бикини Джека находится поселок Дженрок. Здесь пара тысяч человек ютится на 16 акрах земли в лачугах с жестяными крышами. Некоторые из них подключены к коммунальной инфраструктуре, сооруженной на грунтовых водах, загрязненных разлагающимися в семейных могилах телами.

Республика Маршалловы Острова (далее РМО) — одновременно и огромная, и крохотная. Она располагается на 1200 островах, распределенных на поверхности океана размером с Мексику (1 972 тыс. кв. км), однако общая площадь самих островов примерно равна американскому округу Колумбия (177 кв. км). Здесь парадоксальным образом сталкиваются американское высокомерие и американская щедрость. Когда-то острова считались самым загрязненным местом на Земле, оставаясь, однако, местом головокружительной красоты. Пока состоятельные американцы наслаждаются раем для серфинга, последние островитяне живут с высочайшими показателями диабета и патологий щитовидной железы. Там, где Соединенные Штаты утопили миллиарды долларов, дети играют на свалках. Маршалезцы не могут существовать без океана, но вследствие глобального потепления вода поднимается и начинает угрожать их жизни.

За семь тысяч миль отсюда — Вашингтон, со своей жестокой родительской любовью; он обеспечивает ежегодное пособие для РМО, тем самым пытаясь перевернуть страницу разрушений и печали. США были здесь главной силой в течение 70 лет, и решения, принятые в следующее десятилетие, могут сохранить острова или навсегда решить их участь.

Избранный народ

Однажды в 1946 году, в воскресенье, после визита в церковь командор военно-морского флота США встретился с жителями атолла Бикини, и сообщил, что они, подобно израильтянам, избранный народ, а усовершенствование атомной бомбы избавит человечество от будущих войн. В течение месяца после этого выступления бикинианцы были переселены на кораблях США. В течение пяти месяцев были проведены два первых испытания.

«Мы нашли место на Земле, которое не было тронуто войной, и превратили его в ад», — по слухам, сказал однажды Боб Хоуп.

В 1954 году было проведено испытание «Касл Браво» — одно из тех, о которых говорил де Брам. Его сила была в 1000 раз больше взрыва в Хиросиме. Он взметнул в небо огромную массу измельченного коралла, который некоторое время дрейфовал на восток и упал, как пепельный снег, на людей на атоллах Ронгелап и Утирик. Через несколько дней после «Касл Браво», после того, как несколько дней дети ели радиоактивный пепел, американские военнослужащие и несколько сотен маршалезцев были эвакуированы с этих атоллов.

В следующем месяце Маршалловы острова подали жалобу в ООН, которая после Второй мировой войны передала острова США в качестве «подопечной территории».

«Земля очень много значит для маршалезцев, — говорилось в жалобе. — Отнять у них землю — значит отнять у них душу».

США, которые обязались предоставить островам право на самоопределение, ответили, что «что камня на камне не оставят, чтобы гарантировать настоящее и будущее благополучие островитян».

Затем последовало 54 испытания на атоллах Бикини и Эниветок. В 1957 году правительство США рассматривало переселение с Ронгелапа как возможность изучать людей, которые, будучи нецивилизованными, были «больше похожи на нас, чем на мышей», — именно так были описаны маршалезцы на заседании комиссии по атомной энергии.

Множество других испытаний с гораздо меньшими последствиями продолжились в Неваде, где впоследствии так называемые «подветренники» (англ. «downwinder» — человек, живущий с подветренной стороны от участка ядерных испытаний или там, где риск от радиоактивных осадков или утечки радиации является наибольшим — прим. Newочём) переживали свои собственные истории государственного обмана и пошатнувшегося здоровья.

Начиная с 1958 года, когда испытания на Маршалловых островах закончились, потянулись годы научных споров, юридических баталий, неудачно начатых и полуготовых резолюций. Атоллы Бикини и Ронгелап были заселены и вновь эвакуированы из-за остаточного загрязнения. В рамках «договора о свободной ассоциации» в 1986 году США предоставили Маршалловым островам независимость и «полный и окончательный» расчет в размере 150 млн. долларов, который включал в себя отдельные трастовые фонды для атоллов Бикини и Эниветок, на которых проводились испытания, и атоллов Ронгелап и Утирик, пострадавших от радиоактивных осадков.


Командор ВМС США Бен Уайетт обращается к жителям Бикини в 1946 году, незадолго до их переселения. Фото: Carl Mydans/Time

В 2001 году независимый трибунал по ядерным искам присудил Республике Маршалловых Островов 2,3 млрд долларов в качестве компенсации за потерянное здоровье и имущество, но нет никакого механизма, чтобы принудить США к выплатам. Вашингтон не считает себя ответственным за первоначальные поселения и указывает на дополнительные десятки миллионов долларов, выделяемые каждый год на охрану окружающей среды, продовольствие и медицинские программы.

В чем здесь проблема? Эта часть субсидий сокращается ежегодно, а в 2023 году они и вовсе закончатся. Множество природных и культурных сокровищниц уже утеряно из-за неуклюжих слияний между западной экономикой, с ее холодной и звонкой монетой, и феодальными обществами, в которых традиционно властвуют вожди племен и землевладельцы.

То, что американцы считают благосостоянием, маршалезцы считают нормальным положением вещей: рыба, кокосы и другие скоропортящиеся продукты отдавались вождю для своевременного и справедливого распределения, чтобы предотвратить потери и сохранить мир. Таким образом, Америка с ее глубокими карманами стала де-факто верховным вождем.

Теперь новый трастовый фонд, финансируемый США, будет перечислять в Республику от 12 до 16 млн долларов в год, чтобы обеспечить спасательный жилет экономике Маршалловых островов после 2023 года. Но этот фонд будет так же уязвим в плане слишком поспешного распределения, как и уже существующие фонды, средства которых были истрачены маршалезцами в считанные мгновения.

«Я думаю, что США достаточно себя оправдали, — говорит советник по вопросам политики США на Маршалловых островах, пожелавший остаться неназванным, поскольку он не уполномочен говорить от имени федерального правительства. — Мы совершили ужасную вещь, но предоставили компенсацию, притом гораздо большую».

Исторические корни маршелезской культуры — в совместном использовании ресурсов, экологическом балансе, сокровенном знании о том, как дуют ветры, как волны бьются о берег, как звезды скользят по небу. Спустя 70 лет положение жертвы, коррупция и зависимость привели к самым разным последствиям.

«Мы практически уничтожили эту культуру, — говорит Гленн Алкалай, профессор антропологии государственного университета Монклер в Нью-Джерси, который принимал участие во второй эвакуации Ронгелапа, проведенной Гринписом в 1985 году. — Мы украли их будущее. Когда вы забираете у людей их будущее, вы уничтожаете их».

Научная ярмарка

Будущее Маршалловых Островов, облаченное в синие свитера, сидит на скамьях в храме Успения в центре Маджуро. Шестиклассники из соседних школ сменяют друг друга за кафедрой под проекционным экраном, на котором показывают фотографии сожженных детей и изуродованных младенцев. Под фотографиями подписи: «Мы сотворены по образу Божьему, и никто не имеет права лишать нас жизни», «Касл Браво — пример высокомерия», «Мы все — жертвы».

После этой поминальной службы школьники выбегают во двор, чтобы установить свои демонстрационные столы на ежегодной ярмарке ядерной науки, которая проводится в пятницу перед Днем памяти жертв ядерных испытаний.

Второкурсник Лимбак Экли, сын маршалезки и американца, стоит возле нагромождения кранов. «Сложно понять, через что предкам моей мамы пришлось пройти; еще сложнее — принять то, что предки моего отца создали эти проблемы», — говорит 16-летний Лимбак, пока остальные студенты снуют среди влажной жары.

В РМО нет штатных врачей-онкологов и возможности проводить химиотерапию, а у Министерства энергетики США и Маршалловых островов — единого мнения о последствиях облучения ни во время, ни после испытаний.

Согласно результатам исследования, проведенного в 1994 году, а затем отклоненного правительством РМО, для здоровья нынешнего поколения жителей нет никакого риска от радиоактивного загрязнения. Но случаи рака и врожденных дефектов сегодня несомненно связаны с прошлым. По данным доклада, сделанного в 2004 году Национальным институтом онкологии США, связанный с радиацией рак долго еще будет развиваться и диагностироваться у маршалезцев, которые были на островах в период с 1948 по 1970 годы.

Кажется, что у любого здесь есть родственник, чей рак вполне себе подпадает под «Список заболеваний, полученных вследствие радиации», составленный Министерством энергетики.


На ежегодной научной ярмарке в Школе Успения в Маджуро. 16-летняя Атина Шульц использует муку, чтобы изобразить радиоактивные осадки от ядерных испытаний. Фото: Dan Zak/The Washington Post

Во многом культурные последствия оказались более коварными. Некоторые маршалезцы либо опасаются жениться на людях с пострадавших атоллов, боясь генетических мутаций у детей, либо наоборот, стремятся к такому браку, потому что это — знак доверия. Существует напряженность между жителями «трастовых» атоллов и остальными островитянами, которые рассматривают США как преступника, задолжавшего 2 млрд долларов и не выплатившего их вопреки решению независимого трибунала.

В остальные 364 дня в году молодежь Маршалловых островов сталкивается с проблемами, возникающими сейчас чаще, чем в прошлом: повальный алкоголизм, отсутствие обедов в школах и непрекращающаяся череда самоубийств. Продовольственная помощь от США поступает в виде обработанных продуктов, таких, как курица и белый рис, которые внесли свой вклад в уровень ожирения и диабета, которые являются причиной смерти №1 (рак — причина №2), согласно отчету Совета по правам человека ООН.

«Маршалезцы убеждены, что имеются достаточные доказательства хронических изменений их репродуктивных функций вследствие радиационного заражения. Это убеждение основаны на их собственных наблюдениях», — сказано в докладе, где также отмечена «глубокая трещина» в отношениях между правительствами США и РМО.

Главная особенность договора с США в том, что жители Маршалловых островов могут отправиться работать в США без визы на неопределенный срок, и наиболее перспективные студенты часто эмигрируют или вступают в Вооруженные силы США и редко возвращаются. Они остаются жить на Гавайях, на западном побережье или северо-западе Арканзаса, где маршалезские эмигранты составляют 38% рабочей силы на таких крупных предприятиях по переработке мяса птицы, как, например, «Тайсон Фудз».

Студенты могут позволить себе обучение в США благодаря грантам Пелла (государственные студенческие стипендии имени сенатора К. Пелла, безвозмездно выделяемые государством на оплату обучения конкретного студента — прим. Newочём), которые доступны благодаря отношениям с США. Действие этих грантов истекает в 2023 году, и островитяне все больше тревожатся о том, что тогда станет с высшим образованием.

Но по крайней мере одно крупное соглашение между странами сохраняется: аренда американскими военными горстки островов в северной части атолла Кваджалейн, где армия США до сих пор проводит испытания ракет.


Половина жителей острова Эбай — младше 20 лет, и треть жителей — безработные. Остров был назван «трущобы Тихого океана».
Фото: Dan Zak/The Washington Post

Стрельба по мишеням

Во время Второй мировой войны Кваджалейн был известен как «Расстрельный остров». Японцы использовали его в качестве лагеря для военнопленных. Луи Замперини, героя книги и фильма «Несломленный», удерживали и пытали там 42 дня. Сегодня обеденная зона американской военной базы названа его именем (Луи Замперини — американский бегун на длинные дистанции и оратор, военнопленный, выживший после пребывания в лагерях Японской империи — прим. Newочём).

Гарнизон называется «Квадж». Он находится более чем в 2100 милях юго-западнее Гавайских островов. Около 1300 американских военнослужащих, контрактников, гражданских, ученых и членов их семей живут там в бунгало и двухэтажных казармах. Здесь есть свое поле для гольфа и яхт-клуб. Жители передвигаются пешком или на велосипедах. «Чертовски скучно, но приятно», — так один контрактник описывает гарнизон. Атолл Кваджалейн окружает крупнейшую в мире лагуну. Из-за своего удаленного расположения и местонахождения в Тихом океане он идеально подходит для ракетной стрельбы по мишеням.

Атолл является ключевым местом для американской ракетной деятельности. Когда учебная межконтинентальная баллистическая ракета стартует с авиабазы Ванденберг в Калифорнии, за 4278 миль отсюда, она иногда падает в воду рядом с Кваджалейном. Такая ракета может нести ядерную боеголовку в 20 раз мощнее хиросимской. Иногда тестовая ракета запускается с атолла в сторону Калифорнии и перехватывается в полете другой ракетой с базы Ванденберг. Благодаря военной базе на Кваджалейне США могут практиковаться в нанесении и отражении ядерных ударов, обеспечивая территориальный плацдарм против Китая, могут сразу же обнаружить запуск из Азии (читай: из Северной Кореи) и обеспечивают ракетно-пусковой аппарат для таких гражданских компаний, как Space-X.

«Отдаленное расположение в Тихом океане идеально решает вопросы безопасности и экологических ограничений», — говорится в одной листовке о испытательном полигоне имени Рональда Рейгана.

Хотя с 1980-х годов площадь гарнизона была сокращена, аренда Министерства Обороны будет длиться вплоть до 2066 года. Арендная плата — 15 млн. долларов в год — идет небольшой группе семей-землевладельцев, которые живут за рубежом. Около 900 маршалезцев работают на этой военной базе — жарят гамбургеры, работают садовниками, трудятся столярами или продавцами в магазинах электротоваров, но живут они в 20 минутах езды на пароме, на убогой полоске земли, именуемой Эбай.


Кеннет Кеди, сенатор атолла Ронгелап, говорит, что его избиратели не решаются вернуться на свой родной остров, так как не доверяют заверениям США о том, что земля теперь безопасна

На Эбай более 10 тыс. человек ютятся на жилой площади в одну десятую мили. Остров кишит детьми. Треть его жителей сидят без работы, а более половины населения — младше 20 лет. Правительственные здания стоят на осыпающихся сваях с торчащей наружу арматурой, бетон крошится от постоянного соленого ветра с океана. На улицах — лужи из неочищенных сточных вод. Иногда случаются вспышки холеры и лихорадки Денге. В больнице постоянно возникают проблемы с насекомыми.

Атолл Эбай, на который, в числе многих других, были переселены жители Ронгелапа, известен как «Трущобы Тихого океана» на протяжении десятилетий. Но люди, живущие здесь, получают самую высокую почасовую оплату в стране: в гарнизоне работникам платят от 10 до 12 долларов в час. Минимальная оплата в Маджуро — 2 доллара в час.

Достойная оплата при паршивых условиях жизни более привлекательна, чем жизнь на отдаленном Ронгелапе. Некоторые островитяне до сих пор боятся его загрязненности, хотя министерство энергетики одобрило переселение, а министерством внутренних дел проложены дороги и построены дома.

«На Ронгелапе у нас были бы лучшие условия жизни, — говорит Кеннет Кеди, один из сенаторов атолла. — Но что находится под домами, травой, фруктовыми деревьями и кокосовыми пальмами? Как руководитель, я застрял между этими двумя местами. Я хочу вернуться на Ронгелап прямо сейчас, но в тоже время я не готов перевезти туда мою семью, особенно маленьких детей».




Сцены с атолла Эбай: дети играют на заброшенной территории бывшей больницы. Школа на острове была закрыта и пришла в негодность. Школьный автобус развалился на части. Фото: Dan Zak/The Washington Post

Принцип вещи

За микрофонной стойкой Тони де Брам ведёт себя очень непосредственно.

«Интересно, сколько человек в этой комнате на самом деле стало свидетелями ядерного взрыва», — сказал он 191 делегату в зале Генеральной Ассамблеи ООН в конце апреля, в первый день конференции по договору о нераспространении ядерного оружия.

Он помолчал, в ожидании, что кто-нибудь поднимет руку, но знал, что этого не произойдет.

«А я видел его, — продолжает де Брам. — Маршалезцы продолжают нести бремя, которое ни один человек или нация не должны нести никогда».

Затем де Брам выступил против стран, которые модернизируют свой арсенал. Выступления Тони и представителей других наций были направлены против важного пункта договора: государства воздержатся от приобретения ядерного оружия, если США и другие страны договорятся об уничтожении своего арсенала. США увеличивают срок службы своих боеголовок, сокращая и обновляя свою оружейную инфраструктуру, и планируют построить новый флот из субмарин с ядерным вооружением на борту.

Какова цена этого плана модернизации? По данным Центра Джеймса Мартина по изучению проблем нераспространения, один триллион долларов в течение следующих 30 лет. Хотя США и сократили свои запасы на 86% от объемов времен Холодной войны, эти реинвестиции в ядерное вооружение не устраивают бедную островную нацию, которая на себе почувствовала, какой может быть ядерная война.

В прошлом году Республика Маршалловы Острова подала иск против США и восьми других государств, обладающих ядерным оружием, ссылаясь на несоблюдение Договора о нераспространении ядерного оружия. Эта новость застала большинство маршалезцев, включая чиновников, врасплох. Калифорнийский Фонд защиты мира в ядерный век разработал исковые заявления совместно с Тони де Брам. Иски были поданы в Окружной суд в Сан-Франциско и Международный Суд.

Министерство юстиции США в своем стремлении уклониться от обвинений предполагает, что иск — это трюк, который не имеет отношения к судебной системе. Федеральный судья Сан-Франциско в феврале отклонил иск (решение было обжаловано РМО), и он останется без рассмотрения в Международном Суде, поскольку правительство США не признает решения этого суда.

«Не важно, — говорит де Брам. — Для нас это дело принципа, особенно в год 70-тилетия Хиросимы и Нагасаки, и в связи с наступающей в следующем году 70 годовщиной первого атомного испытания на Маршалловых островах».

Он приезжает в страну, с которой судится, пару раз в год, чтобы рассказывать о том, какую связь он видит между ядерным прошлым и климатическими изменениями в будущем. Всего в 45 минутах полета от Маджуро 500 бикинианцев пытаются выжить на Кили, скалистом острове без лагуны, куда были сосланы их старики. Корабль с едой и топливом прибывает на остров каждые три месяца, если позволяет погода. Каждый год в феврале крупный прилив полностью наводняет остров, загрязняя пресные водоемы.

Де Брам лоббирует в Конгрессе проект внесения поправок в законодательство США, который окончательно позволит бикинианцам использовать средства, выделяемые на переселение для переезда в США.

«Как можно отделять ядерные испытания от климата на Бикини и Кили? — сказал де Брам в прошлом месяце на приеме в палате представителей Конгресса США, где он получал награду за свою работу от некоммерческих антиядерных организаций. — Это классический случай неизбежного столкновения. У вас же тут беженцы на острове, подверженном климатическим изменениям».

«Нам следует начать работать над сохранением матушки-природы. США хороший партнер в этом деле. Ядерные испытания — это то, что произошло между нашими дедами, а защита природы — это то, с чем мы сейчас должны помогать друг другу»

Элсону Келену, владельцу некоммерческой компании «Каноэ Маршалловых Островов», было 10 лет, когда он покинул атолл Бикини при второй эвакуации.

«Те изменения климата, которые вы наблюдаете сейчас, касаются уже всего народа, а не отдельного острова. Большие колониальные державы делают, что хотят, а мы несем это бремя»

Кэти Джентил-Киджинер преподает предмет «исследования тихоокеанского региона» в колледже Маршалловых островов. В прошлом году она декламировала поэму о повышении уровня моря на саммите ООН об изменении климата.

Глубокое чувство утраты

«Ядерная тема вечна», — говорит Том Армбрустер, посол США на Маршалловых островах с 2012 года. За окном его офиса — балкон с балюстрадами персикового цвета. Океан плещется поверх измельченного коралла по внешней кромке Маджуро, средняя глубина там составляет шесть метров.


Том Армбрустер, посол США на Маршалловых островах. Фото: Dan Zak/The Washington Post

«Многие из этих людей живут с призраками, — говорит Армбрустер, лысый, долговязый и, по мнению многих маршалезцев, сообразительный и чуткий человек. — Это часть нашей общей истории, часть нашей Холодной войны. Мы не можем вернуться назад и пытаться понять принятые решения. Но есть вещи, которые мы можем сделать сейчас».

Он перечисляет их: поощрять обустройство Ронгелапа, отправив пару студентов-маршалезцев в Калифорнию для изучения ядерных проблем, построить водосборы для питьевой воды, разработать планы борьбы со стихийными бедствиями.

Посольство США считает, что Маршалловы острова находятся на переднем краю климатических изменений, которые наиболее ярко проявляются в конце зимы, во время самых сильных приливов. В марте прошлого года с Маджуро было эвакуировано 1000 человек, дома которых волна смыла в океан.

«Изменения климата — это мой собственный ядерный опыт, — говорит Марк Стедж, выросший на Маджуро. Ему 37 лет, он учился в Колумбийском университете и теперь заведует Обществом охраны Маршалловых островов. — Я вижу много эмоциональных связей на уровне сообщества и на уровне отдельных семей. Одни и те же вопросы актуальны для всех нас. Мы испытываем по-настоящему глубокое чувство утраты».

Во второй половине Дня памяти на открытой баскетбольной площадке колледжа Армбрустер проходит открытие мемориала, создание которого было проспонсировано США. Площадка названа в честь Соломона Сэма, единственного из маршалезцев в армии США, который погиб в Ираке или Афганистане.

Белые буквы на синем фоне воздают должное маршалезцам, которые послужили армии США на протяжении последних 70 лет: разведчикам, собиравшим информацию в годы Второй мировой войны; семьям, чьи земли и здоровье были отравлены во время испытаний холодной войны; молодому поколению, которое служило на Ближнем Востоке.

Большая часть белых пластиковых стульев на открытии пусты. На церемонии присутствует молодой маршалезец, который служил в армии США в Багдаде. Он ушел в самоволку и просит не называть его имени. Он считает, что мемориал — широкий жест со стороны США.

«Мы кусаем руки, которые нас кормят, — отвечает он на критику, ранее высказанную в этот день в адрес США. — Вот уже на протяжении 61 года мы повсюду сообщаем о том, что произошло, и предполагается, что мы в бешенстве. Почему бы не сменить тон? Это очень удручает».

Молодой человек был военным инженером, специализирующимся на обезвреживании неразорвавшихся боеприпасов. Он помог защитить американские отряды от бомб.


Спортивное сооружение в Маджуро, спонсируемое посольством США, чествует вклад Маршалловых островов в глобальную безопасность со времен Второй мировой войны. Фото: Dan Zak/The Washington Post

Эпилог

Всю оставшуюся часть года вопросы ядерного оружия будут доминировать на мировой арене. На конференции по нераспространению ядерного оружия в ООН будут отвергнуты предложения по зоне свободной торговли на Ближнем Востоке. Месяцем позже США и их союзники будут вести сомнительные переговоры с Ираном о соглашении, ослабляющем санкции, которые пока сдерживают иранскую ядерную программу. Госдепартамент будет продвигать комплексный договор о запрете ядерных испытаний (который до сих пор не ратифицирован Сенатом США), даже когда напряженность в отношениях между Россией и странами НАТО достигла высот, невиданных со времен холодной войны.

Законопроект будет внесен в Конгресс по инициативе американских ветеранов, которые помогали в очистке Эниветока в конце 1970-х годов.

На атолле Кваджалейн все будет спокойно. Американский гарнизон будет принимать внутриармейский чемпионат по водному поло, который выиграет команда «Turbo Turtles», завоевав заветный кокосовый трофей.

Старшая школа Кваджалейна отпразднует свой 10-летний юбилей, хотя ее территория будет оставаться закрытой; дамба, которая соединяет ее с территорией атолла Эбай, настолько разрушена, что стала непроходимой для автобуса.

ВВС США будут распахивать полигон в лагуне на шестиакровые участки для радара «Space Fence» («Космическое заграждение»). Он будет с высокой точностью отслеживать кусочки мусора на орбите, в милях над планетой, для защиты спутников. Ожидается, что этот радар обойдется в 2 млрд долларов.

Все жители атолла Эбай соберутся на похороны своего мэра, который умрет от сердечного приступа в годовщину испытаний «Касл Браво».

20 мая, 19 августа, 21 октября и 9 ноября с калифорнийского побережья будет запущен последний набор учебных ракет с короткими хвостами белого огня, направленных к уже знакомой цели.


Подростки играют в сумерках на острове Эбай — через лагуну от американского испытательного полигона имени Рональда Рейгана.
Фото: Dan Zak/The Washington Post

Автор: Дэн Зак.
Оригинал: The Washington Post.

Переводчик пожелал остаться анонимным.
Редактировали: Настя Железнякова, Сергей Разумов, Евгений Урываев и Артём Слободчиков.