ИГИЛ

Как сделать из женщины террориста

admin
Всего просмотров: 45

Среднее время на прочтение: 5 минут, 12 секунд

Айша, 32-летняя мать двоих детей, решила сбежать из своего дома в Мосуле, когда ИГ издало фетву, гласящую, что жена должна подчиняться мужу во всех вопросах, даже если он велит ей стать смертницей. Она вспоминает, что ее муж никогда не просил ее стать шахидкой, но постепенно начал об этом говорить.

The course taught women to sacrifice blood, flesh and soul for the victory of religion

«Он приходил домой раз в неделю, но в последнее время он стал приходить каждый день, и наконец попросил меня записаться на курсы о том, как мусульманка может помочь обществу мусульман душой и телом» — рассказывает Айша в интервью Independent

Айша (имя изменено) два дня посещала курсы вместе с многими другими женщинами. Ее шокировало то, что она там услышала.

«Эти курсы были своеобразной промывкой мозгов. Женщин учили жертвовать всем мирским — кровью, плотью, душой — во имя торжества чего-то более важного — религии, Аллаха, Пророка и, самое главное, вечной жизни после смерти»

Но вместо того чтобы поддаться этим россказням, Айша думала о своих детях, о том, как спасти их от того положения, в котором она оказалась. На третий день курсов она притворилась больной и сказала, что у ее сына грипп и что ей нужно остаться дома. Она говорит, что третьего апреля «во время пятничных молитв я взяла с собой детей и сказала им, что мы навестим их тетю в том же районе, аль-Рифаэй, где жили и мы, но на самом деле я уже обо всем договорилась с двоюродным братом. Он живет в Захо (северо-запад зоны регионального правительства Курдистана) и уже многим помог сбежать из Мосула». Айша добавляет, что брат знал многих контрабандистов в Мосуле и Курдистане. «Побег с сыном и дочерью мне обошелся примерно в 1,200 долларов».

Mosul-woman.jpg

Айшу принуждали полностью повиноваться мужу, даже если он мог отправить ее на смерть. То, что с ней произошло, наглядно демонстрирует полное порабощение женщин в самопровозглашенном Исламском государстве. Их статус понизили до живого имущества без прав и независимости. Женщина не может выйти из дома без сопровождения мужчины из своей семьи. Если она все же делает это и попадается бойцам или чиновникам ИГ, они ведут ее обратно домой и присуждают ее мужу от 40 до 80 ударов плетью за то, что он отпустил ее одну. Все женщины на улице должны носить никаб — ткань, покрывающую голову и лицо. Больше нигде в мире к женщинам так не относятся, даже в Саудовской Аравии, где им запрещено водить машину, или Афганистане, где школы для девочек подвергались нападению и поджигались.

История Айши позволяет нам узнать больше о браке и повседневной жизни в ИГ. Она дала нам ошеломляющие сведения о последних месяцах своего замужества и об отношениях со своим мужем, которого она не называет по имени, чтобы не подвергнуть опасности жизнь детей. До того, как ИГ 10 июля прошлого года неожиданно захватило Мосул, город с преимущественно суннитским населением численностью 2 миллиона человек, ее муж служил офицером в иракской армии. ИГ убивает многих своих противников-шиитов или язидов и изгнало христиан из Мосула и окрестных городов, но оно прощает суннитов, публично раскаявшихся в работе на иракскую армию или правительство.

По словам Айши, ее муж раскаялся и предложил ИГ свои услуги в качестве солдата, хотя только через пять месяцев он смог войти к ним в доверие настолько, что они приняли его к себе и сделали командиром взвода. Айша никогда не знала точно, чем он занимается.

«Он мне никогда ничего не говорил, а я боялась спрашивать, потому что когда однажды я поинтересовалась, он велел мне не совать свой нос куда попало»

Она видела пятна крови на его форме и подозревала, что он участвовал в убийствах. Он зарабатывал много денег и получал долю от трофеев, собственности и ценностей, конфискованных ИГ у тех, кого они считают своими врагами. Айша украла часть сбережений своего мужа.

«Когда я сбежала, у меня было около 6 тысяч долларов вдобавок к моим украшениям, но я много заплатила, чтобы выбраться из города, и я заплатила вперед за побег в Турцию»

Veiled_women_in_ISIS.territory.jpg

После того как ее мужа взяли в армию ИГ, Айша стала замечать, что его поведение начало меняться и что он стал агрессивнее.

Она говорит, что в последнее время он начал требовать от нее повиновения, «даже если речь идет о том, чтобы жертвовать своей душой и телом, потому что иначе я не заслужу рая после смерти и окажусь в аду. А в этой жизни меня накажут или посадят в тюрьму»

В ответ на эти угрозы она притворялась, что полностью повинуется ему и закону шариата. Помимо того, что ее могли вынудить стать смертницей, она боялась, что в случае смерти мужа ее заставят выйти за другого командира ИГ. Айша сбежала в Ирбил, столицу Курдистана, когда ее муж участвовал в какой-то военной операции. С тех пор она никак не связывалась с ним.

На курсах, куда Айшу отправил муж, ее учили, что мученичество во имя победы над врагами веры — основа идеологии ИГ. Атаки смертников — эффективная военная тактика, превращающая истовых, но необученных добровольцев в смертельное оружие. Множество семей в Исламском Государстве, где проживают 6 миллионов человек, боятся, что их детей завербуют для такого «самопожертвования».

Именно поэтому Нура, 36-летняя замужняя женщина, сбежала из Мосула с мужем и шестью детьми. ИГ организовало лагеря, где юных подростков готовили к смерти шахидов. Нура, не желающая раскрывать свое настоящее имя, добралась до Ирбила 22 марта. Она рассказала в интервью Independent, что основная причина, по которой они сбежали — то, что ее дети «были под угрозой, потому что ИГ организовало лагеря для детей в возрасте от 12 до 16 лет, где их учили и тренировали как смертников». Она говорит, что проповедники не говорили слово «смертник» — они говорили о «славе мученика». Когда эти лагеря только начинали свое существования, родители могли заплатить штраф вместо того, чтобы отправлять туда детей, но потом посещение стало обязательным.
В отличие от Айши, у Нуры не было денег, а ее муж был безработным. Это был еще один повод сбежать из Мосула.

«У людей нет работы, и они предлагают свои услуги ИГ за еду. Проблема в том, что работа на ИГ начинает привлекать очень многих безработных, не потому что им это нравится, а потому что это единственный вариант, каким бы неприятным он ни был»

Помимо угрозы того, что из ее детей сделают смертников, Нура сочла повседневную жизнь в Мосуле слишком тяжелой. По ее словам, в городе не было электричества, а денег на собственный генератор у них не было. Газовые баллоны стоили много — 80 тысяч иракских динаров, а помидоры и картошка стоили по 15 тысяч динаров за килограмм. Недоставало даже чистой воды. Недавно она узнала от родителей, оставшихся в Мосуле, что жить стало немного легче — электричество давали на два часа в день, а газ подешевел вдвое.

Как говорит Нура, ИГ, скорее всего, получило больше денег. Отец сказал ей, что фермеры, выращивающие пшеницу возле Мосула, в этом году продадут урожай ИГ, потому что это единственный покупатель, вдобавок обещающий высокую цену. Айша говорит об электричестве то же самое — три часа каждые два дня в ее районе, совсем отключено в остальных. Нехватки еды нет, потому что ИГ привозит ее из Сирии. «У нас много продуктов из Алеппо и Ракки вдобавок к нашим, иракским». ИГ взорвало вышки мобильных операторов, но телефоны ловят сигнал в высоких зданиях.

Истории Айши и Нуры о жизни под властью ИГ дополняют друг друга, но в одном месте они расходятся. Айша не думает, что ИГ потерпит поражение, потому что «пусть они в финансовом кризисе, но на все кризисы у них есть решения». Они облагают людей штрафами и пошлинами, в том числе тех, кто покидает Мосул: некоторые из них платят много денег и получают разрешение на выезд, других не выпускают из соображений безопасности. Айше пришлось платить контрабандистам.

Нура, напротив, верит, что ИГ рухнет, потому что у него кончаются деньги, и оно становится все более коррумпированным. Она говорит, что взяточничество становится все более распространенным, но она не думает, что ИГ потерпит поражение от авиаударов США.

«Главный внутренний разрушительный фактор — это коррупция. Взяточничество, блат, фавориты — это все и будет последним ударом»

Что характерно, несмотря на то, что женщин и детей вербуют в смертники, ни одна из них не упоминает какое-либо вооруженное сопротивление ИГ.

Оригинал: Independent
Перевел: Кирилл Козловский для Newочём